Коротко

Новости

Подробно

Владимир Путин залез под стол

главы Evraz Group

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 4

Вчера председатель правительства Владимир Путин в подмосковном городе Долгопрудном провел совещание, посвященное "системе подготовки востребованных специалистов". Для совещания, по мнению специального корреспондента "Ъ" АНДРЕЯ Ъ-КОЛЕСНИКОВА, было выбрано единственно возможное место: Московский физико-технический институт (МФТИ) — других учебных заведений, где можно было бы проиллюстрировать тему совещания, в стране нет. Кроме того, на совещании премьер не оставил без внимания главу Evraz Group, предупредив его, что тот не должен расслабляться, потому что премьер всегда сидит под столом переговоров господина Абрамова.


Перед совещанием премьер осмотрел общежитие, где живут студенты МФТИ, и провел с ними рабочее чаепитие.

— Почти 70% студентов,— сказал он в самом начале,— я знаю, живут в общежитии. Даже москвичи.

Но кое-чего он не знал. Так, перед его приездом была замазана культовая надпись на стене одного из общежитий, мимо которой он мог пройти: "Коси и забивай!" (видимо, чтобы премьер не принял ее как руководство к действию). Рядом было достоверное изображение серпа и молота. Причем серп и молот остались (они уже давно никому ничем не угрожают), но картинка без надписи потеряла свой вторичный смысл (первичный смысл эта картинка утратила около 20 лет назад).

Премьер обнадежил студентов, которые учатся за деньги, рассказав, что государство думает о них: "Будет продолжена практика предоставления кредитов на обучение, и прорабатывается вопрос о частичном возмещении уже выданных кредитов за счет государства".

Студенты МФТИ, юноши и девушки с бледными, как и бывает у физиков, хотя бы и будущих, лицами и с то и дело вдруг пустеющими на глазах взглядами, задавали премьеру выстраданные (надеюсь, что ими) вопросы. Так, Вадим Ковалев спросил:

— Как вам общежитие?

— Современно!.. Три человека в одной квартире. Мне, кстати, говорят: "О, здесь будут жить три студента". И показывают две кровати,— премьер пожал плечами, словно отдавая должное тому, что он не все понимает в текущей студенческой жизни.— Потом вроде нашлась еще одна кровать... Надеюсь, все там будет нормально...

Около четверти часа ректор рассказывал о системе подготовки кадров, о том, как талантливых юношей ищут по всей стране, устраивая для желающих бесплатные подготовительные курсы (эту советскую систему подготовки абитуриентов вчера оказалось нужнее назвать "виртуальной школой").

Оказалось, что ректор МФТИ Николай Кудрявцев — горячий поклонник единого госэкзамена (в этом смысле министру науки и образования Андрею Фурсенко повезло, потому что на его месте по крайней мере с такой же вероятностью мог оказаться и противник — как ЕГЭ, так и его собственный).

— Мы с самого начала участвуем в эксперименте с ЕГЭ,— сказал ректор.— Те, кто поступил по ЕГЭ, учатся у нас не хуже, чем остальные.

Господин Путин очень внимательно слушал и ректора, и студентов. Он, судя по всему, первый раз окунулся в эти проблемы с головой, как когда-то в кефир на Сабантуе в Татарии в поисках монетки на дне заполненного до краев тазика. По крайней мере, он до сих пор не слышал объяснений студентов по этому поводу.

Владимир Путин попросил поднять руки тех, кто прошел в МФТИ с помощью ЕГЭ. Руку поднял один юноша, объяснивший, что он получил 100 баллов по физике и математике, но что на самом деле он и олимпиаду выиграл и мог быть зачислен только по этому показателю.

— А какие минусы? — спросил господин Путин.

— Часть людей, принимающих ЕГЭ, не совсем объективно проверяют работы,— помявшись, сказал юноша.— Я-то 100 баллов получил. Но у некоторых знакомых были накладки...

— Но такие минусы могли бы быть и на вступительных экзаменах,— ответил премьер.

— Вообще-то ЕГЭ нам нужен, потому что сильно расширяет географию,— добавил ректор.

Нет, здесь у противников ЕГЭ не было бы ни единого шанса.

При этом премьер предупредил Андрея Фурсенко, что "минусы надо тоже учесть". Правда, было понятно: премьер прямо на этом чаепитии окончательно сформулировал свое мнение о ЕГЭ и уже больше не изменит его.

Андрей Фурсенко оживился:

— Мы хотим выложить в интернете весь набор задач, которые будут в ЕГЭ! — произнес он, расслабившись.— Мы считаем, что если человек прорешал пять тысяч задач, то он заслуживает того, чтобы пройти ЕГЭ.

— А если он не сам будет решать? — спросил премьер, очевидно представив себе, как он сам сразу же поступил бы на месте человека, которому предоставили дивную возможность и в самом деле решить все свои задачи.

— Если он хотя бы запомнил, как они решаются, уже очень хорошо! — воскликнул министр.

Премьер кивнул, и эту задачу Андрей Фурсенко тоже, видимо, может считать решенной.

Другой студент, Иван Калинин, рассказал премьеру, что специализируется на регулировании транспортных потоков в Москве ("Мы это чувствуем",— отозвался премьер, хотя, хоть убей, не понимаю, как он может это чувствовать), а также на проблемах космоса. И что это только на первый взгляд взаимоисключающие понятия.

— А что интересней? — спросил премьер.

— Транспортные потоки,— признался студент.

— Из Долгопрудного вам лучше не выезжать,— посоветовал Владимир Путин.— Лучше здесь, в общежитии...

— А космос...— пояснил студент.— Им мама и папа занимались. Вот меня теперь тоже тянет...

— Какая, вы считаете, самая главная проблема с отечественными космическими аппаратами? — неожиданно в упор спросил премьер сидевшего прямо перед ним Ивана Калинина.

— Тяжелые они,— признался тот.— И их мало.

Ответ не понравился Владимиру Путину — просто потому, что у него был свой.

— Срок жизни... Небольшой срок жизни (на самом деле третья проблема нисколько не исключала первых двух.— А. К.). От этого зависит вся экономика. Мы уже увеличили... Но еще бы лет на пять...— мечтательно произнес премьер.— Это, кстати, не вы там столкнули американский спутник с помощью российского? (история случилась около недели тому назад.— А. К.).

Господин Путин пристально посмотрел на студента, видимо, помня, к каким результатам пока приводят усилия Ивана Калинина по регулированию транспорта в городе Москве.

— Да нет,— растерянно сказал студент.

— А, просто случайно, да? — переспросил премьер.

Студент к этому времени уже взял себя в руки:

— Анекдот же такой есть: "Американский спутник столкнулся на орбите с метеоритом. Экипажу советского метеорита выдана награда"...

— Реализовали, значит...— удовлетворенно закончил премьер.

Ректор рассказал премьеру, что у МФТИ есть несколько филиалов и один из них — в Киеве. Кроме того, в Долгопрудном тоже учатся украинские юноши и девушки.

— Правда, к концу обучения половина украинцев становится россиянами,— сокрушенно вздохнул ректор, на лице которого, впрочем, не отразилось даже тени огорчения. Наоборот, он, казалось, специально припас эту сладкую новость на десерт.

— Ну, это их выбор...— так же сокрушенно вздохнул премьер.

Напоследок один студент посчитал свои долгом доложить премьеру, что одна девушка в одной школе (при Высшей школе экономики) учит физику с репетитором, потому что у них в десятом классе такого предмета нет.

Премьер сначала удивился, потом возмутился, что ученики не могут получить базового образования и изучать физику в свое удовольствие. Но потом господин Фурсенко уточнил, что это был, видимо, сознательный выбор девушки после девятого класса (школы имеют право исключить некоторые дисциплины) и что она, наверное, решила сдавать ЕГЭ, придя к выводу, что так легче будет поступить в вуз, а в ЕГЭ есть такой предмет, как физика.

Еще через две минуты Владимир Путин уже ни на чем не настаивал и после короткой экскурсии по институтским лабораториям и висячего (судя по шаткости изображения) телемоста с одним из институтских филиалов перешел к совещанию, на котором были помощник президента Аркадий Дворкович, губернатор Московской области Борис Громов, председатель совета директоров Evraz Group Александр Абрамов, деканы факультетов МФТИ и заведующие кафедрами (они, как правило, по совместительству возглавляют и другие организации: Курчатовский институт, НПО "Алмаз", НИИ имени Склифосовского, ООО "Яндекс"...).

— У нас наметился перекос в сторону гуманитарного образования,— заявил премьер, который, очевидно, собрался при помощи этого заседания перекос ликвидировать.

Он предложил увеличить прием в аспирантуру и магистратуру и перечислил еще несколько мер, с помощью которых он рассчитывает усовершенствовать "систему подготовки востребованных специалистов". Все они фигурировали и в чаепитии со студентами, во время которого студенты не притронулись к чаю, а Владимир Путин — к пирожным (но не наоборот).

Один из выступавших предложил радикальное решение проблем вузовского образования и науки: надо передать вузам часть земель, которые находятся в распоряжении Московской области (Борис Громов этому не удивился). Тогда на этой земле можно развернуть строительство домов для молодых специалистов, а часть образующегося жилья, конечно, продавать.

Другой признался, что российские организации, которые готовы принять выпускников, не готовы конкурировать с компаниями Intel и Boeing, офисы которых "буквально тут через дорогу", и что надо этот вопрос решить как-то все-таки.

— Да, мы по сусекам собираем все, чтобы сохранить наше высокотехнологичное производство,— заявил премьер.— Но все же мы должны предоставлять нашим выпускникам возможность работать там, где они захотят.

Гендиректор НПО "Алмаз" Игорь Ашурбейли предложил закладывать в договоры с Министерством обороны, которое дает заказы на высокотехнологичную продукцию, общую цену контракта, "а не фиксированную зарплату специалистов, которые выполняют этот заказ, потому что, когда контракт исполняется, цена фиксированной зарплаты уже меньше..."

— Сейчас все в цене упало,— неожиданно продолжил Владимир Путин эту в целом невинную мысль,— а снижения цен мы не видим. А ведь и зарплату можно было бы повысить: за счет того, что издержки-то ниже в структуре себестоимости.

На это что-то попытался ответить господин Ашурбейли, но премьер перебил его:

— Но я знаю, как Александр Григорьевич Абрамов (глава Evraz Group.— А. К.),— и премьер повернулся к бизнесмену,— работает с поставщиками и заказчиками. Условный, я имею в виду, Абрамов...

При этом премьер не отводил взгляда с безусловного Абрамова.

— Считайте, что я под столом сижу, когда вы ведете переговоры по ценам! Вы же не по рыночным правилам себя ведете! От вас люди с прямым указанием выходят: цены не снижать!

— Там есть неконкурентоспособные...— вымолвил Александр Абрамов.

— Ладно рассказывать! — махнул рукой премьер.

Александр Абрамов больше ничего не рассказывал.

Он так и молчал до конца мероприятия.

И лучше выдумать не мог.


Комментарии
Профиль пользователя