Выставка история
В Успенской звоннице Московского Кремля открылась выставка "Сокровищница мира. Ювелирное искусство Индии в эпоху Великих Моголов". Ювелирные уники XVI-XVIII веков прибыли в Москву из Кувейта: выставка проходит под патронажем их правящей династии. Рассказывает СЕРГЕЙ Ъ-ХОДНЕВ.
В кремлевском выставочном проекте, посвященном сокровищницам разнообразных правителей, эта выставка смотрится особым казусом. Чаще всего в таких случаях речь идет все-таки о собраниях, которые сейчас принадлежат вовсе не суверенам, а государственным музеям. С этими драгоценностями все иначе. Великие Моголы (славная своей любовью к роскоши династия мусульманских правителей среднеазиатского происхождения) остатки своих сокровищ растеряли еще в XIX веке. А вот в ХХ веке коллекцию "могольских" драгоценностей стали собирать отпрыски правящего в Кувейте рода аль-Сабах, причем на самый европейский манер — покупали на аукционах, куда, в свою очередь, сокровища попадали как от разорившихся махараджей, так и от западных собирателей. Эту не имеющую в мире равных коллекцию аль-Сабахи передали Национальному музею Кувейта. Сравнительно короткая история коллекции тем не менее выглядит драматичной — когда покойный Саддам Хусейн напал на Кувейт, Национальный музей разбомбили, а драгоценности вместе с собранием музея вывезли в Ирак, однако потом почти все сокровища вернулись к их кувейтским владельцам — и теперь вот ездят по крупнейшим музеям мира.
Выставка подтверждает самые невероятные книжные истории о богатстве Великих Моголов: драгоценные камни, от крохотных до неправдоподобно гигантских, выставлены в витринах в гиперболических количествах — не только как часть декора бесчисленных украшений, кинжалов и утвари, но и как отдельные геммы. Что занятно, их изобилие все-таки выдержано в строгой цветовой гамме. На выставке преобладают три цвета: белый, зеленый и красный. Белый — это белесый нефрит, неограненные алмазы, горный хрусталь; зеленый — изумруды; красный (чаще не алый, а холодновато-красный) — рубины или шпинели. И в этой же гамме выдержан и эмалевый декор, причем одна из самых поразительных деталей — то, что иногда, если не подходить к витрине вплотную, сложно сказать, чем именно декорирована та или иная вещица: кажется, скажем, что какой-нибудь переливающийся красный лепесток сделан эмалью, а оказывается, что это десятки рубинов, которыми буквально залиты орнаментальные плоскости.
Европейскому вкусу как-то понятнее скорее виртуозность работы по драгметаллам, которой индийские сокровища тоже способны удивлять при пристальном рассматривании, чем это отношение к телу драгоценного камня. Наводить огранку даже на самой чистой воды камни не торопились. Иногда просто украшали безукоризненно отшлифованный рубиновый или изумрудный "булыжник" кораническими надписями или просверливали его под бусы. И в этом действительно ощущается великолепие небрежно-царственного жеста — как и в том, чтобы превращать в сверкающий и феноменально тонкий по работе артефакт какую-нибудь заколку для тюрбана или совсем уж утилитарное "кольцо лучника" — приспособление для того, чтобы не резать пальцы тетивой.