Коротко

Новости

Подробно

Торжество тамила

Борис Барабанов о музыке к фильму "Миллионер из трущоб"

Журнал "Коммерсантъ Weekend" от , стр. 17

Самая популярная тема, размещенная на диске с музыкой из фильма Дэнни Бойла "Миллионер из трущоб",— песня "Paper Planes", впервые выпущенная звездой грайма Майей (M.I.A.) на альбоме "Kala" (2007). В "Миллионере из трущоб" композиция "Paper Planes" воспроизведена в оригинальной версии и в ремиксе нью-йоркского творческого объединения DFA. Именно эта версия с характерными выдвинутыми на передний план басами стала мировым танцевальным хитом.

Однако Майя — отнюдь не главная героиня звуковой дорожки. И за "Золотым глобусом", который заработал саундтрек "Миллионера", на церемонии в Лос-Анджелесе выходила не она. Приз получил индийский композитор А. Р. Рахман, тамил по национальности. Это такой довольно скромно одетый господин, чьи песни можно слышать в любом уголке земного шара, где есть индийское комьюнити. Индусы подсчитали, что за 15 лет карьеры он продал 100 млн CD и 200 млн компакт-кассет. За два года до триумфа с Дэнни Бойлом он уже успел выпустить двойной сборник лучших композиций на тамильском языке, и в аннотации к нему сайт amazon.com отмечал, что это самый важный композитор в индийской поп-музыке, а его приставучие мелодии не спутаешь ни с чьими иными. Журнал же Time попросту назвал его "Моцарт Мадраса". Тамильское происхождение стало пунктом пересечения А. Р. Рахмана и Майи. Выросшая на улицах Нью-Йорка и Лондона певица (полное имя — Майя Арулпрагасам) не забывает напоминать в интервью, что ее отец — политический активист, настоящий "тигр освобождения Тамил-Илама". Стартовая тема с голосом Майи и музыкой А. Р. Рахмана "O...Saya" стала пружиной, запустившей движок не только саундтрека, но и всего фильма в целом.

Дэнни Бойл меньше всего хотел, чтобы музыка к его фильму была сентиментальной, и даже наказал господину Рахману: "Никаких виолончелей!" Однако композитор все же сумел совместить на одной звуковой дорожке краски старого индийского кино и пульсирующий ритм современности. В теме "Ringa Ringa" пронзительно высокий женский голос словно всплывает откуда-то из монофонических детских воспоминаний, из тех времен, когда индийские фильмы еще шли у нас широким экраном в кинотеатрах со скрипучими динамиками. Но из традиционного аккомпанемента присутствует только флейта, и даже ситар остается где-то на заднем плане, а главную поддержку голосу оказывает перкуссия. Тема главной героини Латики — абсолютно традиционная европейская мелодия, отсылающая к нью-эйджу Энии. Пьеса "Aaj Ki Raat" построена на постпанковом ритме, пространство вокруг которого формируется, скорее, на основе британской клубной традиции. Вокалисты, поющие поверх этого почти манчестерского гимна, изо всех сил сдерживают свою индийскость. "Gangsta Blues" — убедительное уличное упражнение на тему грайма. А "Liquid Dance" — это почти электронный минимализм, сквозь который пресловутые виолончели все же иногда прорываются, но погоды не делают. В финальной сцене фильма, которая представляет собой, конечно же, танец главных героев и многочисленной массовки, "старое" и "новое" опять сходятся.

Саундтрек А. Р. Рахмана номинирован также на британскую кинематографическую премию BAFTA. Войдет ли он в число номинантов на "Оскар", станет известно в начале февраля, но с большой уверенностью можно предположить, что войдет. Оскаровские академики любят красивые истории про прорывы в мейнстрим с кинематографических окраин, и если уж отрабатывать таковой, так по полной. А в данном случае речь еще идет и о музыке, равной которой по силе для кинематографа давно никто не писал.

Music from the motion picture "Slumdog Millionaire" (Interscope)


myspace.com/mia


myspace.com/slumdogmillionaire





Музыка к фильму "Стиляги" ("Союз")


Давно не было в поле зрения столь дерзкой попытки переосмысления нашего совсем еще недавнего музыкального прошлого, к тому же попытки, случившейся в самом что ни на есть мейнстримовом поле.

По просьбе режиссера Тодоровского продюсер "ВИА-Гры" Константин Меладзе собрал в Киеве биг-бенд, который где в традициях Гленна Миллера, а где и в духе Брайана Сетзера переиграл рок-хиты 1980-х. Наряду с песнями, которые по природе своей восходят к джазу 1950-х, таких как "Будь со мной", "Браво" или "Маленькая Бэйба" "Бригады С", преобразованиям подверглись самые что ни на есть стадионные и даже баррикадные хиты, главный из которых, "Скованные одной цепью" "Наутилуса Помпилиуса", был сыгран в духе "Lose Yourself" Эминема и проиллюстрирован в фильме сценой комсомольского собрания, снятой с оглядкой на "Стену Pink Floyd" Алана Паркера. "Восьмиклассницу" "Кино" превратили в сахарную кинобалладу. Самые же эффектные номера саундтрека — "Американская жена" группы "Колибри" в закадровом исполнении "ВИА-Гры" и "Человек и кошка" Федора Чистякова, которую для фильма записали первой и вложили в уста бесподобного Сергея Гармаша. Кстати, последнее произведение — едва ли не единственное, в котором оставили исходный текст. Даже для гораздо менее расходящихся с сюжетом кино номеров писали новые слова (этим занималась Ольга Ципенюк), а "наркоманский" текст "Ноля" оставили без изменений. Вероятно, такова была воля автора.

По идее трактовки Константина Меладзе должны были вызвать волну гнева правоверных рокеров. Подняли руку на святое, музыку протеста преподнесли в конфетных обертках, с безалкогольной начинкой. Но композитор, видимо, был прав, когда говорил в интервью газете "Коммерсантъ": "Людей, для которых "Кино" или "Наутилус" остались культовыми, теперь совсем мало". Те, кого по-настоящему могла задеть за живое новая жизнь шлягеров 20-летней давности, сейчас совсем взрослые люди. А молодежь, сделавшая фильму кассу, видимо, и впрямь воспринимает эту музыку как "просто песни", вне какого-то там "перестроечного" или любого другого исторического контекста.

Ограниченным тиражом саундтрек был выпущен к премьере фильма. В широкой продаже диск появится в феврале, но два трека — "До свиданья, мама!" и "Оранжевый галстук" — доступны только в первой партии CD, что делает их филофонической редкостью. Для тех, безусловно, кто не пользуется интернетом.

myspace.com/styliagifilm


Honeyhoney "First Rodeo" (Ironworks)


Рекорд-лейблом Ironworks пьяница и дебошир Кифер Сазерленд, любимый всеми за главную роль в сериале "24", рулит на пару со своим приятелем музыкантом Джудом Коулом с 2004 года. Лейбл пестует независимые таланты из богемного лос-анджелесского района Сильвер-Лейк. Дуэт Honeyhoney, состоящий из Сюзанны Санто и Бена Яффе, имеет все шансы на большой международный успех. Музыка, которую они играют, это, скорее всего, кантри, но не та кондитерская версия, которой забито большинство профильных частот в США, а скорее корневая, тесно связанная с фолком и вдохновлявшая самых разных крупных музыкантов от Тома Уэйтса до Роберта Планта. Клип на первый сингл "Little Toy Gun" с дебютного альбома Honeyhoney "First Rodeo" снял сам Кифер Сазерленд, он же исполнил одну из главных и довольно смешных ролей. Клип попал на ТВ, скорее всего, именно поэтому отделаться от прилипчивой мелодии теперь решительно невозможно. Но наряду с этим мини-вестерном на диске есть вполне монументальные композиции вроде "Come On Home", сочиненной в традициях классического фолк-номера "Gallows Pole".

myspace.com/honeyhoneyband


Coconut Records "Davy" (Young Baby Records)


Актер Джейсон Шварцман ("Взломщики сердец", "Мария-Антуанетта", "Поезд на Дарджилинг") — один из огромного кинематографического семейства Коппола, двоюродный брат режиссера Софии Копполы и актера Николаса Кейджа. Он также неплохо известен как кинокомпозитор. В качестве главной фигуры группы Phantom Planet он приложил руку к созданию песен для фильма "Страна чудаков" и сериала "Одинокие сердца". Его сольный проект, не имеющий прямого отношения к кино, называется Coconut Records, "Davy" — второй диск. В Coconut Records золотой голливудский ребенок в основном высокохудожественно дурачится, в общем-то, как и на экране. Coconut Records — это по сути большой оммаж The Beatles. Ничего, кроме аккордов и схем звукозаписи, зафиксированных на альбомах The Beatles, у господина Шварцмана в арсенале нет. Но песни выписаны с тщательностью и теплотой, достойной первоисточника, причем сыграны и сочинены полностью самим актером. Лучший аналог — диски Шона Леннона. И если песни Леннона-мл. подернуты мутноватой пеленой артхаусного нью-йоркского саунда, то у племянника Фрэнсиса Форда Копполы все по-калифорнийски светло и прозрачно.

myspace.com/coconutrecords


Комментарии

Рекомендуем

обсуждение

Профиль пользователя