О трех головах

открывала Маша Цуканова

В столице постепенно образуется новый luxury-квартал, но на этот раз речь идет не о fashion-марках, а о часах и украшениях. Все предпосылки для этого есть: оживленная Большая Васильковская, по которой удобно как ездить, так и ходить, соседство приличного ресторана Nobel, где можно перекусить, и наконец, стоящие плечом к плечу бутики. Весной тут появился монобрэнд великих часовщиков Jaeger-leCoultre, недавно — именной бутик Buben & Zorweg, скоро начнет работу ювелирный Louvre, а уже на этой неделе открылся салон Franck Muller.

Из десяти марок Franck Muller Group в киевском бутике представлены четыре: заглавные Franck Muller и Franck Muller Jewellery, горделивая Pierre Kunz и нарядная Backes & Strauss. Следовательно, бутик разделили на три тематических уровня. У входа — главный зал, пространство Franck Muller. Мраморный пол в кофейно-бежевых ромбах, торжественные люстры, арки, лепнина, портьеры на стенах, патинированные зеркала, мраморные столики и камин, где вместо дерева горят свечи. Весь этот размах в случае с Franck Muller оправдан. В 1991 году, когда часовой мир был совсем другим, бушевал кварцевый кризис, весь кредит доверия принадлежал старинным классическим мануфактурам, да и те потихоньку исчезали, Франк Мюллер сделал ставку на свежее имя, современный дизайн и забавные усложнения. Яркие цвета и огромные цифры, корпусы самых разных форм, часы с "сумасшедшим часом", где цифры перемешаны и стрелка перескакивает каждый раз на верную отметку, часы с "засекреченным часом", стрелки которых стоят на месте и показывают время лишь после нажатия специальной кнопки. И вот, несмотря на кризис, молодость и неопытность, Franck Muller из маленькой часовой марки превратился в мощный холдинг и даже обзавелся собственным городом часовщиков, известным как Watchland, под Женевой. Немудрено, что "размах" стал для Franck Muller ключевым понятием.

В новом бутике представлены главные коллекции марки: Long Island в вытянутых прямоугольных корпусах, Double Mistery, функцию стрелок в которых выполняют вращающиеся модули самого циферблата, Master Square, вдохновленные квадратными площадями старинных городов, а также квадратные суровые Conquistador Cortez. И, конечно, самые разнообразные часы из флагманской коллекции Cintree Curvex. Это "бочонки", заново изобретенные Франком Мюллером и принесшие ему первую славу. От традиционных "бочонков" их отличает усложненная курватура: в них нет ни одной прямой линии, благодаря чему корпус повторяет изгиб запястья.

Украшения Franck Muller — конечно, производная часов, поэтому главным сюжетом тут стали цифры. Это не просто симпатичные номерки из эмали, золота и драгоценных камней. Каждый знак наполнен особым смыслом. Так, двойка — это вдохновение и единство, тройка — общение и созидание, пятерка — соблазн и удача, семерка означает семь дней, чудес и грехов, а восьмерка — богатство и самореализацию.

Чуть ниже, на втором уровне, находится зона Pierre Kunz. Это пространство немного спокойнее, но общая приподнятая атмосфера сохранена: шахматный зелено-бежевый мраморный пол, золотисто-серые портьеры, состаренные зеркала и мраморные столики. Pierre Kunz — именная марка, основанная специалистом по антикварным часам. Он делает практически любые усложнения, но его фаворит, его коронный ход,— ретроградные индикаторы. В типичной модели Пьера Кунца их как минимум два. Господин Кунц установил очень высокую планку: простыми часами он не занимается в принципе, а если уж берется инкрустировать женские модели камнями, то признает исключительно драгоценные: рубины, сапфиры, изумруды и бриллианты. Многие из этих часов отмечены редким сочетанием: в них соединяются мужественный дизайн и яркий цвет, как, например, в моделях с карбоновым циферблатом — красного, синего, серого или асфальтово-фиолетового оттенков. Pierre Kunz делает крупные часы, что характерно для Franck Muller Group и соответствует трендам.

Нижний этаж принадлежит часам Backes & Strauss. Это любопытное явление: марке почти 220 лет, а вот часам под этой маркой — всего три года. Просто специализацией британского дома с 1789 года были бриллианты, на которых он и сделал имя: считается, что бриллианты Backes & Strauss входят в 3% лучших на Земле. В бутике легко проверить, так ли это: с помощью увеличительного стекла посмотреть на камень типичной бриллиантовой огранки — в нем будет виден узор "8 стрелок". Если огранщик возьмется за неидеальный камень или допустит малейший огрех, одна или несколько "стрелок" потеряются. А с обратной стороны в совершенном камне просматривается узор из восьми сердец — но увидеть его в магазине, конечно, не получится, для этого пришлось бы доставать бриллианты из оправ. Естественно, драгоценные часы составляют специализацию марки (хотя можно найти и несколько просто золотых экземпляров). У Backes & Srauss три коллекции, и все они связаны с районами Лондона. The Regent — овальные часы — посвящены работам архитектора Джона Нэша, нанятого принцем регентом в 1811 году, чтобы облагородить Лондон (вспомнить хотя бы Regent Street, Regent`s Park и St James`s Park). The Berkley — квадратные часы — повторяют форму одноименной площади. С этой коллекцией связана трогательная легенда: деревья были посажены на площади в 1789 году — они ровесники Backes & Strauss. И наконец, The Piccadilly — круглые часы — в честь площади Piccadilly Circus, созданной Нэшем в 1819 году. Понятно, что в этой части бутика дизайнеры постарались погрузить гостей в черно-белый английский ампир: велюровые кресла с золочеными спинками, обои в полоску, на стенах — чертежи Джона Нэша и старинные афиши, рассказывающие о промысле Backes & Strauss.