Коротко

Новости

Подробно

Вы как пережили дефолт?

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 4

Десять лет назад, 17 августа 1998 года, правительство России объявило дефолт


Борис Немцов, в 1997-1998 годах вице-премьер России. Это было серьезное испытание, тем более что о дефолте я узнал из новостей. Была тяжелая отставка правительства, которая совпала с кризисом "среднего возраста". После отставки я стал зарабатывать деньги чтением лекций, поверил в акции "Газпрома". У китайцев слова "кризис" и "возможности" обозначаются одним и тем же иероглифом. Весь экономический рост России стал возможен благодаря тому дефолту.

Петр Авен, президент Альфа-банка. Как ни странно прозвучит, но хорошо. Для нас дефолт оказался событием положительным. Наши конкурентные позиции улучшились. Хотя понервничать пришлось.

Алимжан Тохтахунов, президент Отечественного футбольного фонда. В 1998 году я жил за границей на деньги, заработанные в России. Тогда основной доход мне приносили казино. И вдруг в августе я почувствовал, что доход резко сократился. Звоню управляющему и слышу: "Камдессю не дает кредит России, поэтому народ перестал играть в казино". Тогда я понял, что в России действительно кризис.

Михаил Дмитриев, директор Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству России. Как все простые люди: лишних денег у меня не было, поэтому терять было нечего.

Сергей Адамчик, заместитель руководителя Службы по экологическому, технологическому и атомному надзору. За десять дней до дефолта я сказал жене взять все рубли и поменять на доллары. Я понимал, что пирамида рухнет.

Сергей Круглик, замминистра регионального развития РФ. Я в то время продавал квартиру в Новгороде, цена на нее упала в три раза! Приятного мало, но не катастрофа. Мы с женой пережили сотни дефолтов. Помню, жена часто звонила: "У тебя есть 50 рублей?"

Сергей Катырин, вице-президент Торгово-промышленной палаты России. Больших сбережений у меня не было, а со временем мне даже вернули то, что лежало в банке.

Павел Грудинин, директор Совхоза имени Ленина. Для нас дефолт оказался праздником. После 17 августа сократился импорт, народ стал покупать отечественные товары, которые выросли в цене. К тому же, если все закупки мы сделали по старым ценам, а урожай продали по более высоким. Тогда я даже личные сбережения приумножил, поскольку хранил их в долларах и в стеклянной банке. Поэтому в одночасье стал богаче.

Валерий Драганов, первый заместитель председателя комитета Госдумы по промышленности. Тот день вспоминаю с болью в сердце. Инфарктов в семье не было, поскольку на банковских счетах было не так много. Я предвидел дефолт и предупреждал правительство еще в апреле-мае 1998 года, будучи председателем таможенного комитета.

Аркадий Колодкин, председатель правления Национального резервного банка. Для меня все сложилось благоприятно, потому что банк, в котором я работал, рассчитался с кредиторами и самоликвидировался. Мне не стыдно за тот период. Весь предыдущий путь, казавшийся правильным, привел к ужасному результату. Но мы извлекли колоссальный опыт, и если бы дефолт не случился, его надо было придумать.

Евгений Тарло, член Совета федерации, председатель правления ЕврАзЭс. Я никогда не играл на бирже и не строил пирамид, что меня и спасло. Я сам себя обеспечивал честным трудом.

Сергей Генералов, президент группы "Промышленные инвесторы", в 1998-1999 году министр топлива и энергетики. То, что был кризис, я осознал где-то через месяц. Я был поглощен программой реформы угольной отрасли, которую я представил и защитил в правительстве 20 августа. А ночью 19 августа в РАО ЕЭС был пожар, который затронул большую часть нашего министерства. У меня не было больших сбережений и ГКО, но была кредитная карточка разорившегося банка, которому, как потом выяснилось, я еще оказался должен.

Яков Миркин, председатель совета директоров инвестиционной компании "Еврофинансы". Тяжело, поскольку я был убежден, что можно было избежать кризиса, были альтернативные решения. На семье дефолт никак не отразился, мы занимались ГКО, и не было никаких валютных обязательств.

Владимир Фролов, председатель совета директоров банка "Северная казна" (Екатеринбург). Мы "переделили" региональный рынок банковских услуг в свою пользу. Я был уверен, что гипердевальвация рубля неизбежна. Значительную часть ГКО погасили в июле и активно скупали доллары, буквально забив ими хранилища банка. Если к августу 1998 года среди банков Свердловской области мы занимали седьмое место, то кризис позволил нам догнать лидеров.

Владимир Брынцалов, предприниматель. До сих пор вспоминаю о нем с ужасом. В начале августа мы отгрузили большую партию товара на приличную сумму. Сделка была оформлена в валюте, но расчет был в рублях по курсу ЦБ. Из-за обвала за ту партию мы получили какие-то копейки и разругались с зарубежными партнерами, которые отказывались нам верить.

Андрей Соколов, актер, режиссер. Я отделался легким испугом — своих сбережений у меня не было. Но была приличная сумма чужих денег для съемок фильма. Они все пропали. Переживал я страшно, но сейчас даже не могу вспомнить название банка, который сгорел вместе с этими деньгами.

Наталья Ермакова, член комитета Госдумы по экономполитике. Легла спать богатой, а проснулась бедной. Дефолт больно ударил по предприятию, в руководство которого я входила. К счастью, трудовой коллектив проявил понимание, мы затянули пояса и через полгода выправили положение.

Камиль Исхаков, постоянный представитель России при организации "Исламская конференция" в городе Джидда (Саудовская Аравия). Очень сложно, хотя лично я ничего не потерял — в то время вечно жил в кредит.

Владимир Жидкин, первый замминистра по строительству правительства Московской области. Получилось, что на дефолте я заработал. В то время у меня была строительная компания, и незадолго до дефолта я взял кредит на покупку западного оборудования. А возвращать кредит мне пришлось уже после дефолта, и сумма была в шесть раз меньше.

Юрий Корольков, гендиректор компании "Юнижстрой" (Волгоград). Это был двухлетний кошмар. После дефолта цены на стройматериалы и услуги выросли в четыре раза, а стоимость квадратного метра осталась прежней. Продавать построенное жилье стало невыгодно. Кредитов банки не выдавали.

Ольга Алимова, депутат Саратовской облдумы. Мы копили на машину. После дефолта получилось, что на эту сумму трудно было купить даже трое трусов.

Сергей Лукьяненко, писатель. Я потерял очень приличные деньги. Перед дефолтом я купил квартиру в Москве и расплатился с долгами. Ждал гонорара за книгу, это должны были быть мои первые свободные деньги — около $10 тыс. Их мне выдали в рублях. И тут рубль рухнул.

Абубакар Арсамаков, президент Московского индустриального банка. Банк потерял за считанные дни $300 млн, а я чуть не заработал инфаркт. В апреле 1998 года я стал президентом банка, такой паники, как в августе, я не наблюдал никогда! Нас, наверное, спасло то, что ценные бумаги мы приобретали только в том количестве, которое предписывал ЦБ.

Александр Таркаев, председатель совета директоров ОАО "Диалог-инвестментс" (Казань). Заработал микроинфаркт. Перед дефолтом у меня начал реализовываться крупный инвестпроект по переработке пластмассы стоимостью $4 млн. В день дефолта из-за границы пришло оборудование на миллион долларов, которое нужно было растаможить. Я вылезал из этой ситуации два года.

Андрей Клепач, замминистра экономического развития. Я ничего не потерял: у меня ничего не было, я занимался научной работой.

Валерий Сычев, заместитель председателя комитета по делам федерации и региональной политике Совета федерации. По мне кризис никак не ударил, но многих друзей он задел очень сильно. Некоторые из них сейчас стали великими бизнесменами.

Максим Суханов, актер. Дефолт застал меня на съемочной площадке, все страшно нервничали, и я тоже. Хотя терять мне тогда было в общем-то нечего.

ВОПРОС НЕДЕЛИ / ГОД НАЗАД*

Где еще не хватает российского флага?

Читатели "Власти" оценивают эффект от водружения российского флага на дне Северного Ледовитого океана.


Артур Чилингаров, зампред Госдумы ("Единая Россия"). На Луне.

Владимир Платонов, председатель Мосгордумы. Флаги уже расставлены — нужно беречь то, что у нас есть.

Владимир Кругляков, советник главы Счетной палаты, бывший заместитель командующего Северным флотом. Везде, где того потребует руководство страны. Нашему флагу надо быть там, где раньше был флаг СССР: на 4 океанах и 38 морях.

Сергей Костян, депутат палаты представителей Белоруссии. Я мечтаю увидеть российский флаг над Белым домом в Вашингтоне.

Олег Сысуев, первый зампред совета директоров Альфа-банка. На Лазурном берегу, в Сен-Тропе, на Сардинии, в районе Челси в Лондоне.

Геннадий Онищенко, глава Роспотребнадзора. На восточных островах, на которые претендуют соседи. Чтобы у них не осталось сомнений, что это наше.

Георгий Гречко, летчик-космонавт. На Марсе. Пора развивать космические программы, а то окажется, что первыми там будут американцы, потом — китайцы.

Геннадий Воронин, президент Всероссийской организации качества. На потерянных военных базах. Начал бы с Кубы.

Игорь Губерман, поэт. При такой жажде власти надо маркировать свое присутствие по всему свету.

Николай Курьянович, депутат Госдумы. На Аляске. Стоит доказать американцам, что продажу можно считать недействительной, и вернуть территорию.

* Должности указаны на момент опроса.



Комментарии
Профиль пользователя