Коротко

Новости

Подробно

"На это все нужны, знаете ли, деньги"

Александр Мамут о своих проектах, акционерном конфликте в "Ингосстрахе", Олеге Дерипаске и Романе Абрамовиче

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 14

С начала года Александр Мамут провел ряд крупных сделок, став совладельцем второй по величине в России золотодобывающей компании "Полиметалл", продав свой пакет акций в металлургической компании Oriel Resources и 49% акций "Корбины Телеком", получив 100% в компании "Юнитранс Логистик", входящей в десятку крупнейших логистических операторов России, и контроль в крупном петербургском издательстве "Азбука". В конце июня предприниматель обменялся интернет-активами с ИД "Коммерсантъ", который получил крупный пакет его SUP Fabrik, владельца сервиса LiveJournal, а сам "Суп" — 100% "Газеты.ru", входящей в "Ъ". О том, чем такие разные сферы интересны для инвестирования, АЛЕКСАНДР МАМУТ рассказал в интервью "Ъ".



На этой странице и в газете текст интервью приведен с сокращениями. Полную версию интервью с Александр Мамутом можно прочесть, перейдя по этой ссылке.


— По какому принципу вы выбираете отрасли, в которые инвестируете?

— Возможно, это мой недостаток, но мне многое любопытно. Я с возрастом стал более любопытным, то ли по-другому стал использовать освободившееся от рутинной работы время, то ли от возможностей, которые дает интернет, постоянно совершенствуя механизмы поиска и мгновенного доступа к необходимой информации в быстро меняющемся рынке. А выбираю я — не столько отрасли, но скорее компании — по вполне очевидным принципам: перспективы самой отрасли, компании, занимающей перспективное место в этой отрасли, уровень менеджмента, поиски синергий, возможности по созданию из уже имеющихся активов эффективных композиций, ликвидность компании как продукта.

— Не думали создать компанию, которая и управляла бы всеми вашими инвестициями?

— Это все-таки для людей, которые по-другому устроили свой тип занятий, а мне не так интересно управлять управляющими. Мне работать управляющим инвестициями по-прежнему интересно самому, я на работу хожу каждый день, провожу там подолгу. В конце концов, проекты тоже не бесконечные: есть какие-то состоявшиеся, зрелые проекты — мы их реализуем, сразу начинаем новые.

— Участники рынка никак не могут поверить, что вы вместе Александром Несисом (глава группы ИСТ), группой PPF купили "Полиметалл" для себя. Все уверены, что вы фронтуете третью сторону, возможно иностранцев. Это так?

— Нет, неправда. Мы покупали "Полиметалл" только для себя. Нужно отдать должное Александру Несису, который построил весь "Полиметалл" с нуля и блестяще разбирается в отрасли. До "Полиметалла" у нас был совместный проект Oriel Resources, также реализованный Несисом как управляющим проектом. Его история оказалась довольно успешной. У нас была производственная площадка в Тихвинском районе Ленинградской области. Мы построили за $200 млн новый комбинат, затем нашли публичную английскую компанию, которая разрабатывала хром и никель в Казахстане, на ее базе объединили активы и получили в нем контроль. А в этом году за $1,5 млрд "Мечел" с большим удовольствием Oriel купил. Возвращаясь к "Полиметаллу", отмечу следующие обстоятельства: очень сильный менеджмент, окончание обязательств по соглашениям о хеджировании цены на продукцию перед банками (ABN AMRO Bank N.V.— "Ъ"). Теперь компания продает драгметаллы без дисконта, положительный эффект от этого все увидят по результатам отчетности в начале следующего года.

— В 2005 году Александр Несис продавал "Полиметалл" Сулейману Керимову по цене $500 млн, а в рамках обратного выкупа у Сулеймана Керимова "Полиметалл" оценили в $2 млрд. В чем выгода?

— Насколько я знаю, в рамках сделки с Сулейманом Керимовым "Полиметалл" был продан в районе $1 млрд, а сейчас, действительно, наш пакет оценен около $2 млрд. Да, в какой-то момент Несису показалось, что проект "Полиметалл" закончен, его миссия девелопера выполнена — стоимость "Полиметалла" достигла заветного миллиарда. Поэтому он и монетизировал эту историю. А потом цены на золото и серебро выросли так, как никто не мог предполагать.

— Но зачем было покупать тот же актив? Была информация в начале года, что Михаил Прохоров продает блокпакет в "Полюс Золоте". Почему его не купили?

— Тот же, потому что "Полюс Золото" стоит $12 млрд и в нем не продавался контроль и не менялся менеджмент, а "Полиметалл" стоит $3 млрд, была возможность получить контроль с менеджментом, который нас более чем устраивает. И конечно, я верю в существенный рост стоимости "Полиметалла".

— Не планируете расти путем объединения с участниками рынка. Например, с Highland Gold Mining (HGM), где у Романа Абрамовича 40%?

— Стратегию управления "Полиметаллом" определяет Несис, советуясь со мной — миноритарным партнером по каким-то узловым вопросам. Если такой вариант развития покажется Несису интересным, он-то и пойдет к Роману Аркадиевичу.

— Какую стратегию для "Полиметалла" вы с партнерами выбрали?

— Будем наращивать производство на существующих предприятиях, искать и приобретать новые активы, из которых сложим какую-нибудь мозаику. Мы уже некоторые элементы этой конструкции видим.

— Не скажите, что за месторождение?

— Пока нет.

— Вы, как новые акционеры, будете продолжать попытки приобрести серебряное месторождение Асгат в Монголии?

— Мне кажется, в Монголии пока никто ничего не купил. Вообще. Монголия такая территория, типа Корсики. Она не сдается внешним инвесторам.

— Как будете развивать логистического оператора "Юнитранс Логистик"?

— Логистика мне вообще кажется интересной услугой, потому что и складского бизнеса пять лет назад как такового не было, даже сегмента недвижимости не было: он появился сравнительно недавно. Соответственно, не было и логистической обработки грузов. Того бизнеса, который в некоторых странах является почти национальной специализацией, в Голландии например. А у нас при росте потребления, при росте ритейла, при возрастающем ассортименте товаров, при ограниченных возможностях почты, при довольно высокой стоимости услуг международных компаний по доставке есть высокий потребительский интерес к логистике. У "Юнитранс Логистик" в аренде находится 110 тыс. кв. м складов класса А в трех местах, она предоставляет сервис входа крупных грузов на территорию. Следующее звено — это более глубокая обработка грузов и потом, возможно, доставка. Какой-то такой цикл хочется попробовать сделать.

--Какие у вас отношения с бывшим партнером по "Ингосстраху" Олегом Дерипаской?

— Мне кажется, вполне корректные отношения.

— Как он отреагировал на новость о том, что вы продали 38,46% "Ингосстраха" чешской PPFI?

— Процесс моих переговоров и продажи был длительным и ни для кого не был секретом. "Ингосстрах" готовился в свое время к IPO, потом эти планы отменил. Дивидендов компания не платила, потому что ей были нужны средства на капитализацию в связи с быстрым ростом бизнеса. При этом стратегу она тоже не продавалась, ну чего мне там было ждать на шестом году? Я же кроме ожиданий занимался другими проектами — телекомом, металлургией, коммерческой недвижимостью, книготорговлей, издательским бизнесом, интернетом. На это все нужны, знаете ли, деньги.

— А вы предлагали господину Дерипаске выкупить ваш пакет "Ингосстраха"?

— Хотя у нас не было соглашения акционеров, естественно, и предложил "Базэлу": "Может, вы выкупите у меня, раз у вас есть свое представление и стратегия, как развивать страховой бизнес?" Мне ответили: "Нет, мы покупать у вас не планируем". Тогда я и говорю, что продам PPF. Они профессионалы на восточноевропейском страховом и банковском рынках, глава PPF Петр Келлнер молод, как и Олег Владимирович, он профессиональный интересный партнер, есть потенциал для масштабирования проекта, экспансии в Европу, новые рынки. И они вдвоем общались, ездили на переговоры по "Ингосстраху". Потом чешская сторона приняла решение купить пакет у меня.

— За $750 млн?

— Могу только сказать, что по цене мы достаточно разумно договорились и структурировали сделку. В качестве покупателя фигурировала компания PPF Beta, она сейчас на 51% принадлежит PPF и на 49% — итальянской Generali.

— А что вы будете делать, если российский суд оспорит вашу сделку?

— Не хочу предсказывать решения судов. Пока, как вы знаете, в течение восьми месяцев арбитражных слушаний суд не нашел в сделке нарушений страхового или антимонопольного законодательства.

— Чем, на ваш взгляд, объясняется реакция "Базэла" на историю с покупкой чехами акций "Ингосстраха"? Откуда такая неприязнь к миноритариям, если они и ранее встречались?

— Я до конца не понимаю мотивы такой реакции.

— Миноритарии "Ингосстраха" советуются с вами по поводу своих действий в конфликте с "Базэлом"?

— Нет.

— Как вы оцениваете вероятность того, что они продадут свой пакет "Базэлу"?

— Никак. Они могут и мажоритарный пакет "Ингосстраха" выкупить. Или развивать компанию совместно с основным владельцем и вывести ее по крайней мере на IPO.

— Во сколько вы оцениваете нынешнюю стоимость пакета PPFI?

— Я думаю, что весь "Ингосстрах", исходя из уровней последних сделок, сегодня стоит $4,2-4,5 млрд. Дисконт за миноритарный пакет составляет от 10% до 20%. В случае конфликта с таким мажоритарным партнером, думаю, дисконт при продаже третьей стороне может быть и большим.

— После неудачной сделки по покупке ФК "Торпедо" вы спортом как бизнесом больше не интересуетесь?

— Я бы сказал так: после удачной непокупки. Мне жаль команду, за которую я болел 40 лет, легендарное название, футболистов-ветеранов, болельщиков. Это была первая попытка привести в российский футбол крупные инвестиции. Я не интересуюсь больше, считаю, что сейчас эти инвестиции — дело профессиональных инвесторов в спорт. У них появился опыт, они понимают, как делать бизнес футбольный прибыльным, они получают разрешения на строительство современных футбольных стадионов, на стадионах проектируется коммерческая недвижимость, которая будет поддерживать футбол.

— Какой проект ваш самый любимый?

— Я не знаю. Все-таки все текущие проекты, может, как-то отдельно книжки и интернет, наверное. "ЖЖ" — уникальное и главное явление русской блогосферы, на мой взгляд, того медийного пространства, где интерактивность является максимальной. А именно интерактивность отличает блоги от, например, электронных версий печатных изданий. "ЖЖ", конечно, только платформа, позволяющая людям общаться открыто, но не только в связи с самим фактом их существования, а по поводу высказывания, самовыражения, обмена мнениями, информацией, будь то фотография, музыка или что-то еще. Если говорить, например, про сделку с "Газетой.ru", то это будет интеграция контента, производимого одним из лучших, а на мой взгляд, лучшим онлайновым СМИ, во-первых, с наиболее интересными и популярными высказываниями в "ЖЖ", а во-вторых, с техническими возможностями и сервисами развивающейся платформы самой продвинутой и активной с точки зрения уровня участников (юзеров) социальной сети.

Все большие мобильные операторы зарабатывают хорошие деньги, которые они инвестируют в двух направлениях. Во-первых, они покупают компании за рубежом, это финансирование внешней экспансии, чтобы увеличить количество абонентов. В России надо уже по три телефона всем раздавать, чтобы расти, или повышать тариф, или дать возможность пользователям тратить больше времени на мобильный интернет. Во-вторых, в строительство здесь сетей 3G, оптики, то есть компании связи строят широкополосный доступ в интернет. Спрашивается, а для чего нужен 3G и для чего нужен широкополосный доступ? Для того, чтобы люди могли в интернете с домашнего компьютера получить быстрый трафик и качать тяжелые файлы, а также чтобы они могли с мобильного устройства получать быстрый доступ и высокую скорость в интернете. А сейчас в рунете с точки зрения контента пустовато. Есть электронные версии газет, но это же всего лишь версия газеты в электронном виде, то есть та же газета. Есть какие-то новостные ресурсы интересные, которые читают,— lenta.ru, gazeta.ru, Есть какие-то смешные, прикольные сайты, которые тоже посещают. Но все это несущественно: для кого строят всю эту грандиозную инфраструктуру стоимостью сотни миллионов долларов? Чтобы только поисковиками пользоваться? Потом же надо куда-то перейти, на что-то достоверное, содержательное, актуальное, подробное и — интерактивное. И вот в этом смысле ощущается серьезный дефицит содержательности в интернете. Поэтому зачастую контентом считается исключительно какой-нибудь отдельный смешной прикол... Вот и кажется мне, что тот, кто сможет совместить содержание с технически совершенными дистрибуцией и сервисами, сможет привлечь к себе качественную аудиторию.

— ИД "Коммерсанъ" в сети все-таки 50% отдали?

— Я отдал Алишеру Усманову равную долю. С учетом того, что 10% SUP зарезервировано менеджменту, 50% я не мог отдать.

— Как вы оцениваете акцию протеста юзеров "ЖЖ", которые воспротивились тому, чтобы сделать ЖЖ-аккаунты платными?

— Нормально отношусь, хотя мы вполне могли бы избежать акции протеста — хотя... а где же еще как не в интернете акции проводить? — если бы провели бы нормальное обсуждение наших инициатив. А так будем извлекать опыт из собственных, к сожалению, ошибок.

— Вы знаете, как вы будете зарабатывать на "ЖЖ"?

— Знаем, но надо учитывать, что и рынок развивается быстро, и модель будет вместе с ним модернизироваться, учитывая изменения в поведении рекламодателей, спонсоров, агентств, совершенствование и адаптацию к рынку продуктов, которые мы будем предлагать и создавать, результаты наших собственных усилий по развитию ресурсов. Многое будет зависеть от распределения влияния среди других рекламных площадок и носителей...

— Ну можно же заключить соглашение с "Видео Интернешнл", и нет проблем со стратегией...

— Это ключевой игрок на этом рынке, и наша задача предложить на этот рынок такой продукт, за который бы шла борьба. В ней у Ревазова больше возможностей победить, чем у других. Надеюсь, вместе с партнерами из "Ъ" у нас получится.

— Клуб "Мост" оказался удачным проектом?

— Ну да. Его много талантливых людей делает. Он красивый, популярный, рентабельный, высоко во всех рейтингах, призы получает.

— Вы там основной владелец?

— Да, народное IPO не делал.

— Говорили, что и ваш друг Роман Абрамович тоже совладелец "Моста"?

— Он, как говорится, посещает. Если говорить о каких-то небольших проектах, есть у меня идея сделать небольшой, на пару залов, уютный кинотеатр, чтобы там все время шло хорошее кино и было живое кафе, типа как умеет делать "Кофемания".

— Почему вдруг этот проект решили сделать? Недовольны тем, какие у нас кинотеатры?

— Не люблю кинотеатры в торговых центрах, в Москве уюта не дождешься, это можно сделать только самому.

— Как у вас возник интерес к книжному бизнесу? Вот вы познакомились с ребятами из "Букбери" (сеть создана в 2003 году основателем британской сети книжных магазинов Waterstones Тимом Уотерстоуном, помимо него и господина Мамута акционерами сети были Роман Лола, Дмитрий Кушаев и Максим Щербаков) и подумали, что торговать книгами — это хорошо, а издавать их еще лучше? А потом решили, что и печатать их тоже интересно и прибыльно?

— Нет, я сначала заинтересовался издательством, посмотрел на несколько издательств.

— Хорошо, а почему тогда вы вообще решили смотреть на издательства, а не на продуктовые сети или медицинские клиники? Просто поняли, что вам комфортнее заниматься детскими книжками, а не нефтью?

— Да нет, я нефтью тоже занимался — была у меня такая небольшая компания "Печоранефть", но в какой-то момент, да, книгоиздательского дела мне очень захотелось и к тому же появились финансовые возможности. "Махаон" была, наверное, третья или четвертая компания, с которой мы познакомились. До этого были какие-то — это даже нельзя было назвать компаниями, какие-то временные образования... А "Махаон", несмотря на то что он был маленький, с объемом продаж $5-6 млн, был очень аккуратно организован, с хорошими людьми и современным подходом к бизнесу и опытом. Аркадий Витрук (генеральный директор "Махаона".— "Ъ") знал, что делать, и видел перспективу. После "Махаона" появились "Иностранка", "Колибри", в этом году — питерская "Азбука" и, что главное, много ярких людей. Когда мне говорят, а что вот вы занимаетесь книжками, там нет заработка. Это не так, там есть прибыль. Просто каждую книгу надо обязательно делать как отдельный проект. Возможно, мы не видим отчетности издательств в том формате, в котором мы привыкли анализировать отчетность больших компаний в других секторах. Объем продаж ЗАО "Азбука-Аттикус", на которое консолидированы все издательства, в этом году составит $60-70 млн. Для нас ориентиром будет рентабельность 16-18%.

— Какие узкие места на этом рынке, вы поделитесь?

— Ну, розница. Потому что для книготоргового бизнеса критическим фактором является арендная плата, и я думаю, что эта ситуация как-то улучшится только тогда, когда будет построено больше торговых площадей и арендные ставки как-то успокоятся. Сейчас приходится платить по $700-800 за 1 кв. м в год.

— 64% "Букбери" Олег Дерипаска купил в отместку за "Ингосстрах"?

— У нас существовало соглашение с Лолой, Кушаевым, Щербаковым и Уотерстоуном, что если кто-нибудь из нас захочет продать свои доли, мы должны вначале предложить их друг другу, но эта троица такого предложения ни мне, ни Уотерстоуну не сделала и, нарушив соглашение, продала компании "Раинко". Я не очень понимаю, зачем "Раинко" купила сеть. То есть у меня есть догадки.

— А какие догадки?

— Как у всех. Хотя я, может, не все знаю.

— А вы не собираетесь открывать книжные магазины независимо от "Букбери"?

— В принципе, возможно, да. Есть розничные сети, которые принадлежат существующим издательствам. Может быть, мы с кем-то из них объединим усилия, потому что одно издательство не в состоянии заполнить только своей продукцией ассортимент книжного магазина. У "Азбуки" есть маленькая сеть, есть у "Эксмо", есть у АСТ... Есть другие каналы продаж — некнижная розница... Но мы еще ничего не обсуждали.

— Вам лично какой книжный магазин больше нравится? "Республика"?

— "Республика" симпатичное, современное, живое место, и каждый раз я там покупаю блокнот, кино или ластик, книжки там покупаю не часто. Я не хочу сейчас заниматься сравнениями, но я, правда, не люблю толкаться в очередях и хожу в "Букбери" — там просторно и спокойно, и я с удовольствием провожу там час в неделю.

— Как у вас хватает времени на все проекты, и еще в книжные магазины успеваете зайти?

— Я сам удивляюсь, знаете, у меня его пока много — свободного для работы времени.


Комментарии
Профиль пользователя