Экспертные злоключения

КС отказался рассматривать жалобу на предвзятость судов при оценке экспертных заключений защиты

Конституционный суд (КС) отказался рассматривать жалобу журналиста Светланы Прокопьевой на предвзятость судов при оценке экспертных заключений, сделанных по инициативе защиты. Суд не должен автоматически рассматривать эксперта как заинтересованное в исходе дела лицо только потому, что его подыскал сам обвиняемый или его представитель, доказывала заявительница. Но Конституционный суд не увидел в этом проблемы.

Светлана Прокопьева

Фото: Александр Коряков, Коммерсантъ

Конституционный суд не увидел противоречий в нормах Уголовно-процессуального кодекса, которые позволяют судам отвергать подготовленные по инициативе защиты заключения специалистов — в том числе на том основании, что специалист заинтересован в деле. Об этом говорится в отказном определении КС на жалобу журналиста Светланы Прокопьевой, которая была осуждена за оправдание терроризма (ч. 2 ст. 205.2 УК РФ). В июле 2020 года 2-й Западный окружной военный суд признал госпожу Прокопьеву виновной и оштрафовал на полмиллиона. Преступной признали колонку, в которой она рассуждает о причинах теракта в Архангельске, где анархист Михаил Жлобицкий подорвал себя в здании местного УФСБ. Журналистка в тексте пришла к выводу, что на радикальный шаг молодого человека толкнула репрессивная государственная политика в отношении инакомыслящих (см. “Ъ” от 6 июля 2020 года). Во время процесса рассуждения госпожи Прокопьевой изучали эксперты-лингвисты. По мнению защиты, приглашенные стороной обвинения специалисты не были компетентны в вопросе исследования потенциально экстремистских текстов, и она инициировала проведение дополнительных исследований. Но суд не стал их учитывать, сославшись в числе прочего на личную заинтересованность приглашенных защитой экспертов.

В Конституционном суде госпожа Прокопьева оспаривала положения статей УПК, посвященных правилам оценки доказательств и регламентирующих отвод специалиста. По ее мнению, они позволяют суду автоматически рассматривать эксперта как заинтересованное в исходе дела лицо лишь потому, что его подыскал сам обвиняемый или его представитель. При этом в обратную сторону, то есть против обвинителя, такой довод, по мнению заявителя, не работает.

Однако КС в отказном определении отмечает: из судебных решений по делу Прокопьевой вовсе не следует, что заинтересованность экспертов была единственной причиной, по которой их заключения были отвергнуты. А следовательно, у КС нет оснований для проверки спорных норм. Оценка же обоснованности собственно судебных решений не входит в компетенцию конституционных судей.

Юрист Института права и публичной политики (НКО внесена в реестр иностранных агентов) Виталий Исаков, готовивший жалобу госпожи Прокопьевой, считает, что КС мог бы разъяснить судам общей юрисдикции, что факт активного поиска специалистов обвиняемым или его представителями не является достаточным для признания несостоятельными доводов защиты. По его словам, в приговоре по делу госпожи Прокопьевой присутствовала такая формулировка: «Поскольку все четыре заключения специалиста со стороны защиты были составлены по инициативе самой Прокопьевой, то это означает, что она предпринимала активные действия по поиску экспертов, которые могли бы предложить суду интересующие ее выводы». В обратную сторону, применительно к материалам следствия, этот принцип не работает, считает господин Исаков, хотя формально провозглашается состязательность в судебном процессе. Поэтому и появилось обращение в КС, поясняет юрист: «Принципы написаны хорошо, но практика их извращает. КС же последовал странной модели. Мы просили оценить правоприменение, а он дал оценку буквальному смыслу закона». Господин Исаков также предположил, что КС опасается: за разъяснениями в пользу заявителей может последовать обжалование приговора Светлане Прокопьевой и решений по ряду аналогичных дел. Глава комиссии по правам человека адвокатской палаты Петербурга Андрей Чертков полагает, что КС в данном случае «просто не захотел увидеть проблему». Впрочем, профессор МГУ, специалист по уголовному процессу Леонид Головко убежден, что жалоба была заведомо бесперспективна: невозможно обязать суд механически принимать доводы защиты без их оценки, тем более с помощью инструментария КС, объясняет он. Конечно, добавляет господин Головко, можно ставить вопрос о том, что эксперт должен быть максимально нейтральной фигурой (хотя институционально такое способно обеспечить только государство). Но это явно не случай заявительницы: в ее деле экспертиза вообще выглядит излишней, для понимания написанного достаточно простого здравого смысла, отмечает Леонид Головко.

Олег Дилимбетов, Санкт-Петербург; Анастасия Корня