В рамках запуска первого аромата новой линии, Kenzo World в Москву приехала президент Kenzo Parfums Патрисия Транвуэ и рассказала “Коммерсантъ Стиль”, как создавался этот проект и что он символизирует. Кроме того, она назвала целую команду звездных имен — от дизайнеров и парфюмера до модели, которая будет олицетворением не только рекламной кампании, но и всей философии KW.
Патрисия Транвуэ
Фото: Stanislas Liban
Патрисия Транвуэ
Фото: Stanislas Liban
— Это ваш первый визит в Москву?
— Нет, в последние 15 лет я приезжаю в Москву два раза в год. Помимо того что мне нравится к вам приезжать, Россия еще и очень важна для нашего бренда, это второй большой рынок после Франции.
— А как же Ближний Восток, Америка? Интересно, как бренд Kenzo чувствует себя в этих регионах.
— Конечно, прежде всего Kenzo очень силен в Европе (Франция, Россия, Испания, Италия, Португалия) и сейчас мы собираемся начать сотрудничество с Великобританией. В Латинской Америке у нас тоже довольно сильные позиции — в Аргентине, Мексике, Чили и Бразилии очень любят наши ароматы.
— Почему этот проект для вас так важен, разве это не обычный рутинный запуск нового аромата?
— По многим причинам: во-первых, мы очень хотели посотрудничать с дизайнерами Кэрол Лим и Умберто Леоном (креативными директорами модного дома Kenzo), это очень интересно — они никогда прежде не работали над созданием концепций парфюмов, поэтому KW полон спонтанности и непредсказуемости. Во-вторых, когда мы готовимся к запуску каждого нового аромата Kenzo, это не просто некий условный запуск духов, это всегда своеобразное послание. С помощью Kenzo World мы хотим дать женщине ощущение свободы, это же очень важно — когда ты имеешь возможность сказать, что хочешь, делаешь, что хочешь, и ты можешь быть и сильной, и ранимой одновременно. И только просто потому, что ты женщина. И ты не обязана следовать правилам, а можешь быть самой собой. Вот об этом наш парфюм. Это очень важное послание, философия свободы является своего рода ДНК марки и мы хотели поделиться ею со всем миром. Лицом рекламной кампании станет дочь Энди Макдауэлл, модель и актриса Маргарет Келли — еще одно яркое имя в команде.
— Кто стал дизайнером флакона?
— Мы сознательно пошли на то, чтобы создавать этот аромат в сотрудничестве с дизайнерами, которые совсем ничего не знали про аромат, только парфюмер был в курсе, что именно мы делаем. Та самая свобода Kenzo, о которой я говорила, как раз очень хорошо открывается на этом примере — Патрик Ли, нью-йоркский дизайнер, с которым мы сотрудничали, он ни разу не делал флаконы для ароматов, поэтому он творил, как считал нужным, нарушал правила и вообще — опять же — обладал полной свободой действий.
То же было и с ароматом: мы вообще никаких не давали заданий парфюмеру. Если ты нанимаешь профессионала, то доверяешь ему полностью. Куркджану мы просто рассказали о женщине Kenzo — и все, дальше он придумывал все сам.
— Почему флакон выполнен в форме глаза, это какой-то символ?
— Все, что мы хотели выразить,— это мир Kenzo, а он состоит из узнаваемых символов, особенно это прослеживается в моде: это тигр, глаз, губы, рыба, волна. И мы вместе думали с Кэрол и Умберто, что бы это могло быть, и в итоге остановились на глазе. Это очень многозначный и сильный символ любопытства, открытости миру. Сам Кензо Такада изначально провел много времени в дороге, путешествуя на поезде из Токио в Париж и смотрел, как и чем живет мир вокруг него, и только потом начал заниматься модой и основал свой модный дом. То есть Kenzo появился в результате его любопытства, поэтому глаз — это очень наше, стопроцентное попадание. Кроме того, в некоторых культурах глаз является символом удачи.
— А вот я вижу еще такую необычную деталь, шар — это символ грусти, это слеза?
— Нет-нет, это и зрачок, и глобус — мир в миниатюре, и в то же время отсылка к ювелирным украшениям, подвеска. Она выполнена из точно такого же сплава, что и все украшения марки. Кстати, она сделана вручную. То есть, покупая этот аромат, вы приобретаете еще и произведение современного дизайна.
— Принимая во внимание все эти факторы, будет ли этот аромат стоить дороже всех в линии Kenzo?
— Нет, цена будет та же.
— Сколько у вас ароматов? Вы сами пользуетесь парфюмом?
— Честно говоря, когда я начала работать в Kenzo (а это два года назад), я перестала пользоваться парфюмами вообще — я тестирую рабочие варианты будущих ароматов марки каждый день по нескольку раз, поэтому ароматы я не ношу совсем.
— Будете ли вы запускать мужскую версию Kenzo World?
— Да, мы думаем над этим, но разработка парфюма — дело небыстрое, поэтому пока я не могу вам назвать точные сроки. Над KW мы работали почти три года.
— Я помню, у вас была целая линия ароматов, флаконы к которым делал дизайнер Карим Рашид. Почему вы перестали с ним сотрудничать?
— У нас такая практика: один дизайнер делает одну линию. Поскольку аромат Kenzo World становится родоначальником новой линии марки, мы начинаем работать с новым дизайнером.
— А какие общие цели у вашей марки сейчас? Многие уважаемые бренды с историей сейчас делают запуски для молодежи, пытаются привлечь молодых покупателей. У вас они и так есть, не хотите ли вы, наоборот, привлечь поколения постарше?
— Нам очень нравится, как «выстрелило» наше модное направление, мы хотим достичь такого же успеха и в парфюмерии. Наш девиз — «Создавать прекрасный мир, делать его прекраснее». В России например, никак не пошел Flower by Kenzo, на самом деле очень успешный и продаваемый во всем мире аромат. Мы хотим его продвигать активнее, как и L’Eau Par Kenzo. А что касается возраста покупателей — мы не думаем, что наш покупатель не имеет возраста,— аромат хорошо продается, как в категории 25, так и в категории 70. Это же очень личный выбор: тебе или нравится аромат, или нет, важно, как он ложится на кожу, и все, больше тут нет ничего.
— Не планируете ли вы попробовать себя в нишевой парфюмерии, создать что-то для более взыскательного клиента?
— Нет, это не наше — сейчас все выпускают такие парфюмы, причем часто таким вот одним запуском истории брендов и заканчиваются. Мы сосредоточены на завоевании мира с Kenzo World.