Арт-обозреватель «Коммерсантъ FM» Дмитрий Буткевич рассказал о новой постановке легендарной драмы Лермонтова «Маскарад».
Фото: Ekaterina Kravcova
Нынешний год для России — этапный и юбилейный. В ноябре 1917-го (по новому стилю) к власти надолго пришли большевики-коммунисты, а в марте, то есть ровно 100 лет назад, свергли царя, и прекратила существование царско-императорская власть.
Кроме политических бурь, резкие перемены происходили и в российском, и в мировом искусстве. Как раз 100 лет назад, 9 марта по-новому, состоялась премьера знаменитейшего спектакля «Маскарад». Драму Лермонтова поставил в Александринском театре Мейерхольд, с костюмами Головина и с музыкой Глазунова. В Петрограде начинали постреливать, а 10 марта уже вовсю стреляли на Невском, и в анналах театра осталась история о том, как шальной пулей был убит студент, забежавший в кассовый зал. И революция, и новое искусство рождались с кровью.
Художественный руководитель Александринского театра Валерий Фокин недавно осуществил новую постановку, назвав ее «Маскарад. Воспоминание будущего». Это почти историческая реконструкция, дополненная современными техническими и хореографическими элементами, с введением популярного в современном театре документального монолога-вербатима.
Валерий Фокин так ответил мне на вопрос, зачем сейчас реконструировать мейерхольдовский «Маскарад», в чем его актуальность: «Они актуальны не только театральной категорией, которая очень важна, потому что я считаю, что многое, что открыл Мейерхольд в этом спектакле 100 лет назад, работает и сегодня, в театральном отношении. Но не менее важен еще и какой-то исторический контекст. Потому что огромное количество процессов, которые происходили тогда, они похожи, преступно, я бы сказал, похожи на сегодняшние процессы.
Кстати, тот исторический спектакль был в афише Александринки вплоть до лета 1941 года, когда уже немецкий снаряд влетел в театр и сжег, как считалось, все декорации. Несколько лет назад оригинальные костюмы Головина нашли в запасниках театрального музея, вместе с режиссерской партитурой Мейерхольда. Так что костюмы, движения и даже подача и звук голоса актеров соответствуют тому, что видели зрители в последние дни российского самодержавия.