— Как вы оцениваете ход строительства стадионов к ЧМ-2018?
Фото: Геннадий Гуляев, Коммерсантъ / купить фото
— Мы видим хорошую динамику на площадках, на каждой из них задействовано от полутора до двух тысяч рабочих. Позже намеченного начались только работы в Калининграде — это произошло в силу объективных причин, и сейчас темпы строительства там нарастают. В целом явной озабоченности неготовностью спортивной инфраструктуры нет. Объем большой, география широкая, и логично, что на этом фоне общая динамика выглядит неоднородной — кто-то замедляется, а кто-то ускоряется. Срок готовности для большинства арен установлен на ноябрь-декабрь 2017 года. Выходит, что на стадионы отведено в среднем 36 месяцев строительства. Затем у нас будет еще полгода на проведение тестовых матчей. По требованиям FIFA до открытия чемпионата и Кубка конфедераций на каждом стадионе должны пройти как минимум три игры с полной загрузкой объекта.
— Среди стадионов, отобранных для проведения Кубка конфедераций, есть петербургский «Зенит», который считается проблемным объектом...
— В последнее время мы действительно зафиксировали там снижение темпов строительства, но не его остановку. Но у нас есть контрактные сроки завершения работ — декабрь 2016 года. Есть заверение администрации города в том, что срок будет выполнен. Мы формируем свою позицию на документах, а не на домыслах. Исходя из них ничего не предвещает того, что договоренности будут нарушены. Есть органы строительного контроля, которые мониторят ситуацию. Это не наша работа. Главная наша задача — иметь в запасе время для проведения трех пробных матчей, чтобы стадион был в полной боевой готовности к июню 2017 года.
— Как должен развиваться сценарий, если внезапно окажется, что какой-то из стадионов не готов к Кубку конфедераций или ЧМ, его потребуется срочно на что-то менять?
— Я не помню таких ситуаций ни по Бразилии, ни по ЮАР. В теории, конечно, речь должна идти о замене этого стадиона. Но пока обсуждать эту проблему всерьез нет никаких причин.
— Из чего складывается бюджет непосредственно оргкомитета?
— Оргкомитет занимается операционной подготовкой к ЧМ, эта деятельность в основном финансируется из субсидий FIFA. Она определена и зафиксирована — чуть менее $700 млн, которые никак не связаны с программой подготовки инфраструктуры. Это деньги на все аспекты подготовки: мероприятия, банкеты, прием гостей, транспорт, некоторые меры безопасности, конгресс, перелет команд и так далее. ЧМ нашими глазами — это набор сервисов для клиентских групп. Есть обязательства, которые несет Россия, они подписывались еще на заявочной стадии. Это обязательства, за которые FIFA традиционно не платит, возлагая бремя на страну-организатора. Например, это подготовка волонтеров, создание портала Welcome2018 (в нашем случае), продвижение ЧМ. На эти мероприятия деньги выделяются из федерального бюджета.
— Ваш договор с FIFA подписан в долларах? То есть из-за девальвации рубля бюджет никак не пострадал?
— Да, бюджет ЧМ был рассчитан в долларах. Но большинство товаров и услуг закупается в этой валюте. Самый простой пример — страхование отмены чемпионата. FIFA самостоятельно отбирает страховщика, премия достаточно большая, и эти деньги тоже вычитаются. Говорить о какой-то экономии на фоне девальвации рубля нам не приходится — очень многое закупается на Западе или имеет эквивалент в зарубежной валюте. Но рисков для нас сейчас действительно нет.
— Проблемы генподрядчиков, связанные с девальвацией рубля, как-то отразятся на качестве спортивных объектов?
— Правительство уже приняло все необходимые меры: где-то это импортозамещение, где-то — корректировка сметы. Но фундаментального влияния на общую сумму это не окажет. У нас есть объемы бюджетных ассигнований — 633 млрд руб.
Беседовала Александра Мерцалова