БУНТАРЬ НА СОБСТВЕННОЙ ВОЛЕ

ЛАПО ЭЛКАНН И HUBLOT

Лет десять назад девушки хватались за сердце при одном упоминании Лапо Элканна. Наследник итальянской империи Fiat, миллиардер и красавчик, но не нежный маменькин сынок, а порочный "анфан террибль" — убийственная смесь для неокрепших душ. Сегодня ему 38, и безумства остались в прошлом.

Лапо Элканн родился в Нью-Йорке. Его мать — Маргерита, дочь легендарного рулевого Fiat Джанни Аньелли, отец — американский писатель Алан Элканн. Лапо говорит на пяти языках. Перед тем как заполучить семейное дело, он стажировался слесарем в гараже Piaggio в Тоскане (под псевдонимом), занимался маркетингом и интернет-проектами Maserati, был персональным ассистентом Генри Киссинджера. Когда же Аньелли, этот "некоронованный король Италии", умирал, сильнее всего его заботила судьба бизнеса, ведь большая дружная семья заканчивается там, где начинаются большие деньги. В итоге выбор пал на братьев Элканн — Джона и Лапо, гордость и головную боль итальянского клана. Впрочем, дед зря волновался — внуки не подвели и вытащили Fiat практически из петли: подсадить столько людей на Fiat 500, обновленная версия которого вышла в 2007 году,— это надо уметь.

Быстрые машины Лапо любит не меньше, чем раньше, так же как и хороший футбол и красоток всех мастей. Была у него и итальянская аристократка Бьянка Брандолини, и китаянка Zuzu, сейчас он с испанской бизнесвумен Мариной Пенате, и это, похоже, серьезно. Он по-прежнему хорош собой и щетинист. Носит идеально скроенные костюмы (но мы-то знаем, что под ними стальные бицепсы в татуировках) и чудные очки собственного производства.

Независимая Италия — это он, и понимать это нужно буквально. В 2007 году Лапо Элканн основал собственный бренд Italia Independent. Это, конечно, не машины, особо не разгонишься, но Лапо надоело ходить только в "наследниках". Темпераментный нрав запросил независимости.

— Когда вы назвали свою компанию Italia Independent, что вы имели в виду? Независимые бренды, независимые страны или независимых людей? От чего зависите вы?

— Я завишу от своей независимости. Слово "независимый" вытатуировано на моей руке. Мои компании независимы от их названий. Я борюсь за то, чтобы независимо жить, действовать, работать, творить. Быть независимым — это писать свою собственную историю каждый день. Это страсть всей нашей компании, это страсть моей жизни — профессиональной и персональной. Наша компания — это доказательство того, что да, можно быть независимым, можно построить успешную историю, оставаясь верным своим ценностям. И, к счастью, сейчас все больше и больше независимых маленьких брендов, которые борются за то, чтобы оставаться независимыми, несмотря на то что было бы проще стать частью большой группы.

— Модные вещи модны потому, что они позволяют почувствовать себя другим человеком. Вы говорите, что помогаете людям стать собой. Как вы думаете, ваши мечты и идеи впору другим?

— Я бы никогда не позволил себе сказать, что я помогаю человеку "стать собой" или что мои идеи должны подходить другим людям. Это было бы высокомерно и дерзко, эти два качества мне отвратительны. Если проекты, над которыми я работаю — будь это пара солнечных очков для Italia Independent или Big Bang Unico for Hublot или машина из нашего Garage Italia Customs — дают клиенту почувствовать счастье, почувствовать себя частью того, что мы делаем, я достиг своих целей. Я не верю в слово "модный". Это не то слово, которое мне важно, когда я усаживаю себя за рабочий стол. Для меня по-настоящему модны вневременные объекты, и часы, дизайн которых я придумывал с Hublot,— это замечательное резюме того, что я думаю, того, как я вижу.

— Italia Independent может вдохновить независимых русских?

— В России у меня много друзей и знакомых. Русские всегда были невероятно широких взглядов, восприимчивы и независимы в своих мыслях. У вас полно молодых людей, заинтересованных в индустрии роскоши, я уверен, что они многого добьются, но я только рад такой конкуренции. И я знаю, что наши очки и аксессуары достаточно круты и технически совершенны, чтобы завоевать российскую клиентуру.

— Что объединяет вас с Hublot и Жан-Клодом Бивером? Кто кого учит? И чему?

— Нас объединяет общее видение, общая страсть, любовь к жизни, к красоте и к тому, чтобы все, что мы хотим, претворялось в жизнь. Жан-Клод, как и я, верит в то, что можно сделать невозможное возможным. Что до того, кто кого учит,— я благодарен ему за многие вещи, которыми он поделился со мной и которым научил меня, как если бы учил одного из своих сыновей.

Мария Сидельникова, Алексей Тарханов

Вся лента