Christian Dior
Из Версаля будущего
В своей пятой по счету коллекции высокого портновского искусства бельгийский дизайнер Раф Симонс, почти три года назад ставший креативным директором женских направлений pret-a-porter и haute couture знаменитого французского дома Christian Dior, развивает соединение богатого наследия модельера, придумавшего New Look, со своими фантазиями о будущем. В его нарядах все это — прошлое, настоящее и будущее — связано неразрывно. На примере своих первых коллекций Симонс смог доказать, что высокая мода может обойтись без килограммов золотых нитей, цветных бусин и стразов, пущенных на отделку платьев. Он начал переосмысливать не только найденные в архивах дома эскизы Диора, но и сами произведения высокой моды — сшитые целиком вручную платья (и не только) с ярлычком из ателье haute couture.
Симонс смело смешивает эпохи и жанры, создавая уникальную комбинацию предметов: брючный костюм с современным смокинговым пиджаком, впервые показанным в 1947 году; напоминающее по силуэту песочные часы пальто; комбинезон, отсылающий к униформе пилотов высокоскоростных истребителей; шуба в пол без воротника; камзол из тонкой шерсти или каракульчи. Конечно, все эти наряды не несут на себе ни грамма пыли былых лет, наоборот, они будто созданы человеком, вернувшимся из далекого будущего то в 1950-е, то в век примерно XVIII. Как сторонний наблюдатель дизайнер ходит по балам и по городу, как беспечный турист он выхватывает самое интересное, собирает у себя в голове и тщательно перетасовывает все элементы со своими впечатлениями о настоящем и мечтами о будущем.
Новая коллекция поделена на восемь частей. В ней есть место всем важным для haute couture техникам вроде вышивки и плиссировки и вехам модного дома со ставшими уже легендарными силуэтами и орнаментами. Как раз за бальную, легкую и воздушную часть коллекции отвечают платья с объемной, напоминающей едва раскрывшийся бутон тюльпана юбкой. Верх платья похож на узкую, отлично посаженную на фигуру куртку с длинными рукавами и сшитую из белоснежной стеганой тонкой шерсти. Или — в самом беспечном варианте — майку из тафты с параболическим вырезом. Каждое из таких платьев деликатно оформлено сложнейшей вышивкой — скромными полевыми цветами, хаотично разбросанными по поверхности. В дополнение к ним идут чуть ли не армейские нашивки, на самом деле тоже украшенные нежной цветочной вышивкой. В пару к платью Симонс подобрал необходимые аксессуары: длинные перчатки (в случае, когда их нет, модели прячут руки в заботливо продуманные карманы юбки) и туфли-лодочки с драматично изогнутым каблуком.
Модели, одетые в одежду из этой коллекции, получились похожими на стройную армию — армию борьбы за природную красоту, женственность и прогрессивные идеи в мире моды. Все они, выходящие в зал, расположенный в саду Музея Родена и украшенный десятками тысяч белоснежных орхидей, отраженных в футуристического вида зеркалах, устремляли свой взгляд куда-то в вечность, полную, по уверениям Симонса, такого вот кутюра.