КНР выдвинула четыре предложения по урегулированию ядерной программы Ирана. Об этом говорится в заявлении главы МИД КНР Ван И. Генеральный директор Центра изучения современного Ирана Раджаб Сафаров ответил на вопросы ведущего "Коммерсантъ FM" Максима Митченкова.
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ / купить фото
Речь идет о необходимости применения взаимовыгодного пошагового подхода к урегулированию иранской ядерной проблемы, учете интересов всех сторон, ключевой роли Совета Безопасности ООН и политической поддержке хода переговоров. Ранее стало известно, что Иран и "шестерка" международных посредников приступили к детальной разработке политического документа в форме заявления по итогам переговоров. Документ представят в ближайшее время.
— На каких условиях могут быть отменены санкции в отношении Ирана?
— Вопрос снятия санкций — это ключевой вопрос. Иран настаивает на снятии одновременно и односторонних санкций, особенно американских, и санкций, которые были приняты по нескольким резолюциям Совета Безопасности ООН.
Здесь Запад, Америка, европейские страны переговорного процесса не совсем хотят. Они хотят держать Иран на постоянном контроле, чтобы, если у них появится подозрение, что Иран какие-то там положения, договоренности не выполняет, автоматически ввести не только старые санкции, но и новые. Иран категорически с этим не согласен. Но совершенно очевидно, что минувшей ночью по основным ключевым вопросам урегулирования вот этой проблемы достигнута договоренность.
Скоро будет совместная пресс-конференция министра иностранных дел Ирана Джавада Зарифа вместе с еврокомиссаром по безопасности Могерини. На этой пресс-конференции будут оглашены итоги восьмидневного последнего раунда переговоров между Ираном и "шестеркой". По большому счету, подходит к своему логическому завершению главная и сложнейшая геополитическая проблема современного мира. Достаточно оптимистично мир может относиться к ситуации, когда, во-первых, война отведена, во-вторых, напряженность в регионе будет достаточно в меньшей степени. В-третьих, Иран освободится от санкций, и это позволит российским компаниям уже без оглядки на какие-то наказания войти на иранский рынок, что создает почву для более тесных отношений. А у нас там есть ниши, которые очень сильно могут помочь нашей экономике и нашим технологиям, особенно военно-техническое сотрудничество, промышленные изделия и, конечно же, ядерная энергетика и просто энергетика.
— Сергей Лавров говорил, что по всем ключевым позициям достигнуты некоторые договоренности, а в США заявили, что есть еще позиции, по которым нет какой-то стыковки, нет общего мнения. Как вы считаете, какие противоречия могут еще оставаться, есть ли они, на ваш взгляд?
— Да, конечно, такой важный вопрос и такая проблема, как урегулирование иранской ядерной программы, состоит из сотни и, может быть, даже тысячи вопросов. И все эти вопросы в каком-то документе раз и навсегда зафиксировать практически невозможно. Многие из них даже появятся в процессе реализации этого соглашения, и сейчас практически достигнуто политическое решение этого вопроса.
Но остались ключевые моменты: количество центрифуг, доступ к военному объекту "Фордо", что делать с обогащенным ураном до 5% на территории Ирана, дальнейшее сотрудничество с МАГАТЭ, контроль над объектами, которые Запад относит к ядерной программе Ирана, которые на самом деле не совсем являются объектами ядерной программы Ирана.
— Да, проблем очень много, господин Сафаров. Вы считаете, что практически стопроцентная вероятность, что компромисс будет найден, что переговоры закончатся успешно?
— Я исхожу из логики нашего времени: в этом соглашении заинтересованы практически все стороны. Америке это соглашение крайне необходимо просто-напросто. В Иране народ просто замучился, экономика падает, и санкции необходимо снять. Это является главной задачей президента Роухани. России это соглашение необходимо для того, чтобы наконец-то войти на иранский рынок и заняться там развитием отношений. Европейским странам необходимо, чтобы их экономика была интегрирована с возможностями Ирана. Более того, Западу и Америке нужно, чтобы потенциал Ирана использовался в таком неблаговидном деле, как оттеснение России, альтернативы для России. Вот получается, что все заинтересованы в этом соглашении, поэтому соглашение будет подписано.