Коротко


Подробно

Поисковая система

правоприменение

Всегда неприятно признавать, что мошенники обвели тебя вокруг пальца. Досада сильнее вдвойне, если благонадежность и деловая репутация заемщика, а также его имущество и прежде всего недвижимость проверялись чуть ли не под микроскопом. Инвесторов, вставших на путь поисков, ожидает развилка дорог: можно держать равнение "на право", то есть попытаться вернуть уведенные на сторону активы через правоохранительную систему, можно идти прямиком в частные охранно-детективные агентства, а можно податься "налево" — к бывшим и действующим сотрудникам спецслужб. Какой путь поисков более простой, а какой эффективный, попытался выяснить корреспондент "Ъ-Дома" СЕРГЕЙ АРТЕМОВ.

По закону


       

После решение суда, вступившего в законную силу, исполнительный лист получает федеральная служба судебных приставов по месту нахождения должника. В соответствии со ст. 28 федерального закона "Об исполнительном производстве" взыскатель пишет заявление и оплачивает аванс на мероприятия по розыску. Любопытно, что, хотя сумма аванса предусмотрена, законодательно ее величина не определена. Нетрудно догадаться, что чем выше аванс, тем усерднее ведутся поиски. Представители взыскателя связываются с назначенным судебным приставом и определяют направления поисков активов. Первым делом проверяется устав обанкротившейся компании. Пристав направляет запросы в федеральную регистрационную службу города Москвы (бывшая Москомрегистрация), в налоговую инспекцию по месту регистрации должника о наличии счетов в банках у организации. В органах госрегистрации юридических лиц, в органах, занимающихся регистрацией ценных бумаг и сделок с ними, выясняется, не владеет ли должник активами других компаний. По балансу компании можно определить за пределами Москвы недвижимость, внесенную в качестве вклада в уставный капитал дочерних предприятий. Член Российского общества профессионалов конкурентной разведки Роман Ромачев считает, что установить права на собственность здания, сооружения можно также и через службу пожарного надзора. Здесь хранятся сведения не только о юридических лицах — официальных владельцах недвижимости, но также о лицах, фактически занимающих и арендующих данное помещение.


       

Поиски недвижимости должников с каждым годом становятся все труднее. По словам Георгия Мамырина, начальника отделения по борьбе с мошенничеством уголовного розыска Северного округа Москвы, раньше оперативники могли делать запрос по розыску недвижимости в Москомрегистрацию, теперь это можно делать только после возбуждения уголовного дела. "Но без этих первичных документов порой невозможно возбудить уголовное дело. И мошенники этим охотно пользуются. Это затрудняет расследование",— говорит Георгий Мамырин.


       

После получения ответов на запросы, пристав обычно выезжает по юридическому адресу, описывает и арестовывает то, что осталось на балансе предприятия. Как считает Татьяна Захарова, гендиректор юридической фирмы "Смирнов, Варзиев и партнеры", приставы обычно действуют очень осторожно.


       

"Они предпочитают занять выжидательную позицию, насколько позволяют законом отведенные сроки. Как они нам поясняют, 'мы все понимаем', но не хотим ломать копья",— отметила госпожа Захарова.


       

Как признала Галина Ермилина, старший судебный пристав межрайонного подразделения управления ФССП по Московской области, недвижимое имущество у компаний-должников находится редко. "Как правило, руководители компаний еще во время арбитражного производства переводят ликвидную недвижимость на физические и юридические лица или перерегистрируются",— отметила госпожа Ермилина.


       

Как говорит адвокат Сергей Варзиев, "представители нашей юридической фирмы неоднократно обращались в отдел розыска ФССП, но результатов — ноль! У меня сейчас в столе лежит куча исполнительных листов, которые невозможно исполнить в связи с отсутствием сведений об имуществе должника".


       

Адвокаты, представляющие интересы взыскателей, прекрасно осведомлены об этой печальной статистике. Поэтому еще в рамках судебного разбирательства в качестве обеспечительных мер просят суд наложить арест на имущество должника.


       

Начальник отдела экономической безопасности Юго-Западного банка Сбербанка РФ Иван Шатравин признался, что банк постоянно сталкивается с этой проблемой. "Должников много. В нашем регионе найти 'спрятанную' недвижимость помогают старые связи в правоохранительных органах. За рубежом искать активы сложнее. Но в Москве есть фирмы, которые, как я слышал, решают эти проблемы",— говорит господин Шатравин.


По знакомству


       

По словам руководителя группы предприятий безопасности "Русь" Алексея Максимова, рынок поиска объектов недвижимости, 'спрятанных' должниками от кредиторов, существует в Москве с середины 90-х.


       

"Мы понимаем, что клиенты к нам обращаются только тогда, когда исчерпаны официальные источники получения информации. Поэтому соблюдение конфиденциальности является обязательным условием",— говорит господин Максимов. По его словам, стоимость работы по поиску недвижимости начинается с 10% от ее цены. Бывший руководитель подразделения аналитической разведки российского бюро Интерпола Феликс Меркулов считает, что подавляющее большинство действующих в Москве частных охранно-детективных структур лишь декларируют оказание этих специфических услуг, пытаются их оказывать лишь четверть, а серьезно занимаются только несколько крупных компаний. Чтобы выполнить заказ, охранное предприятие должно иметь разветвленную сеть филиалов в стране, сильных и авторитетных компаньонов в Европе, США, во всех бывших советских республиках.


       

"Без юридического подтверждения документами установленного образца или расписки, заверенной нотариусом, подтверждающих права кредиторов или инвесторов на активы, мы не беремся за работу. Мы предпочитаем не подставляться и работаем в рамках закона",— говорит Алексей Максимов. Заказы делятся на две категории: по наводке и без нее. Например, недавно к господину Максимову пришли представители одной крупной ФПГ и попросили "откопать" в Испании недвижимость руководителя предприятия, который не хотел возвращать кредиты и объявил свое предприятие банкротом.


       

"В Западной Европе этот рынок гораздо прозрачнее и развит на порядок выше нашего. Там интересы частного капитала обслуживают частные детективные агентства, которые не знают, что такое откат, коррупция, шантаж найденного должника",— поясняет господин Максимов. Партнеры на Пиренеях помогли не только найти домовладение должника, но и дали рекомендации, как подтвердить находку документально.


       

Но чаще приходится работать без наводки. Клиенты просто говорят, "мы знаем, что наш должник хорошо живет, но не знаем где у него спрятана недвижимость". В итоге выполнение заказа порой растягивается на год. Как признал руководитель группы предприятий безопасности "Русь", его подчиненные не всегда могут гарантировать стопроцентный результат заказчику.


       

По оценке Александра Корниенко, гендиректора ЧОП "Группа 'Витязь-1'", мошенники стали искуснее прятать недвижимость, не экономят на юристах, поэтому искать домовладения становится все сложнее.


По кошельку


       

Председатель общественной ветеранской организации офицеров Интерпола Феликс Меркулов говорит, что не занимается сам поисками недвижимости. С его слов, он только консультирует, направляет поиск, так сказать, в нужное русло.


       

"К моим коллегам, бывшим сотрудниками Интерпола, неоднократно обращаются с просьбой помочь найти имущество должника за рубежом. Для того чтобы был результат, нужно хорошо знать особенности законодательства зарубежных стран, легальные источники получения информации и иметь на Западе надежные личные связи в правоохранительной среде и СМИ",— говорит он. Делами подобного рода занимаются только люди, имеющие большой опыт оперативной работы, в том числе за рубежом. Они знают, как поговорить с полицейским из Германии, банкиром из Швейцарии, билетным кассиром в Польше.


       

"Цена их услуг определяется в зависимости от конкретной ситуации, иногда в особо запущенных случаях она может доходить до 50% от стоимости разыскиваемой недвижимости. А может быть невысокой, если заказ нетрудоемкий. Имена этих высококлассных специалистов известны среди профессионалов рынка частной безопасности",— говорит господин Меркулов.


       

К одному из его коллег недавно обратились люди, которые разыскивали активы своего должника за рубежом. По данным заказчиков, должник проживал в США. Правоохранительные органы этой страны и России отказали им в реальной помощи. Тогда заказчики вышли в Москве на двух специалистов, в недавнем прошлом служивших в ФСБ и Интерполе. Те оценили ситуацию и через легальные каналы информации установили передвижения должника на поездах. Выяснилось, что должник часто приезжал в Санкт-Петербург, а оттуда в Финляндию. После этого было установлено название фирмы, организовавшей должнику визу. Как оказалось, эта компания занимается недвижимостью в ряде южноевропейских стран, в частности на Кипре. Высадившись, что называется, "в чистом поле", сыщики уже через четыре часа поисков на острове нашли две виллы в районе Пафоса, принадлежавшие должнику.




Снежный ком улик


       

На Западе, особенно в Соединенных Штатах, несмотря на сравнительно высокий уровень законопослушности бизнесменов, укрывательство активов, в том числе и недвижимости, очень распространено. Активно используются сотни "серых" схем сокрытия собственности, которые регулярно меняются и "модернизируются" по мере того, как кредиторы находят те или иные способы их раскрывать. Для поиска "спрятанных" активов привлекаются частные детективные агентства. Кредитор, как правило, обращается со своими проблемами не в детективное агентство, а к юристу. Этому же юристу доверяется оформление гражданского иска к недобросовестному должнику, и его гонорар обычно составляет процент от суммы, которую предполагается взыскать с укрывателя. Практически все практикующие юристы имеют постоянные рабочие контакты с частными детективными агентствами, знают их возможности и расценки, и сами решают, насколько оправдан интенсивный поиск собственности, с учетом имеющейся у клиента информации о должнике, суммы иска и оценок скрываемой недвижимости.


       

Розыск обычно включает в себя агентурную проверку партнеров, родственников, друзей и знакомых руководителя "проблемной" компании. Затем агентство начинает проверять их возможную причастность к сокрытию недвижимости. Параллельно сбор информации идет по судебным, государственным и частным базам данных. Своеобразной "классикой жанра" в детективных агентствах считаются так называемые звонки-разводки (gag calls) — когда объекту, его сослуживцам, друзьям или членам семьи поступают звонки от чужого имени, позволяющие собрать крупицы информации о его финансовом положении.


       

По мере накопления информации (в детективных агентствах этот способ иногда называют "методом снежного кома") она передается доверенному лицу клиента (обычно все тому же юристу, который ведет его гражданские иски). Доверенное лицо, в свою очередь, информирует клиента о перспективах дела и затратах на поиски скрытой недвижимости. Расходы на такую "разведдеятельность" для самого клиента обычно составляют от нескольких процентов до нескольких десятков процентов от стоимости найденной и изъятой по суду собственности.


       

Строго говоря, поиск недвижимости как таковой — это только половина проблемы. В бизнес-сообществе США и Европы так называемые внесудебные способы возвращения долгов не распространены. Не менее важно собрать доказательства того, что данная собственность фактически принадлежит именно должнику. Необходимо также убедить в том, что эти доказательства были собраны без нарушения закона. Поэтому частные сыщики, установив местонахождение недвижимости и ее фактического собственника, часто получают задание подготовить (а фактически придумать) логичное объяснение того, как эта информация могла быть получена без санкционированного вторжения в частную жизнь объекта и окружающих его людей. Отчет детективов проверяется и редактируется юристом, после чего готовится гражданский иск.


Тэги:

Обсудить: (0)

"Дом". Приложение №28 от 17.02.2005, стр. 36

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение