Вчера генеральный секретарь Лиги арабских государств (ЛАГ) НАБИЛЬ АЛЬ-АРАБИ встретился в Москве с главой МИДа Сергеем Лавровым. Главными темами обсуждения стали палестино-израильский конфликт, война в Сирии и борьба с растущей угрозой "Исламского государства". О предполагаемой роли создаваемой лигой общеарабской армии в борьбе с терроризмом генсек ЛАГ рассказал корреспонденту "Ъ" МАРИИ ЕФИМОВОЙ.
Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ / купить фото
— Какие темы были затронуты на встрече с Сергеем Лавровым в ходе вашего визита?
— Абсолютно все, что касается Ближнего Востока, включая конференцию по палестино-израильскому мирному урегулированию, организованную в эти дни в Москве при посредничестве ООН по этой теме (см. "Ъ" от 1 июля). Кроме того, мы подписали обновленное соглашение о присутствии представительства ЛАГ в Москве.
— Как бы вы охарактеризовали роль ЛАГ в палестино-израильском урегулировании?
— Мы полностью поддерживаем позицию Палестины и работаем над тем, чтобы Совбез ООН принял резолюцию по этому вопросу. Причем обязывающую. Здесь два приоритетных аспекта: механизм имплементации решения и временные рамки (создания палестинского государства.— "Ъ"). К сожалению, мы уже имели достаточно резолюций в СБ ООН, которые так никогда не были исполнены. На сей раз нам нужно исполнение.
— В том, что касается оценки сирийского конфликта, в позициях ЛАГ и РФ есть какие-то противоречия?
— Официальная позиция ЛАГ состоит в поддержке итогового коммюнике "Женевы-1". Оно говорит, что должно быть прекращение огня, что должен быть сформирован переходный совет из представителей правительства и оппозиции и что он должен будет управлять страной в будущем.
— Вместе с тем многие члены ЛАГ выступают за смещение президента Сирии Башара Асада. Не превратит ли его отстранение страну на фоне растущей джихадистской угрозы в новую Ливию, где фактически отсутствует государство как таковое?
— Я не говорю и никогда не говорил ничего о президенте Сирии. Сирийцы должны сами решать свою судьбу и свое будущее. Какое правительство они хотят видеть в своей стране — их дело. ЛАГ не может решать подобные вопросы, и я со своей стороны тоже не делаю никаких заявлений по этому поводу.
— Какова долгосрочная стратегия ЛАГ по борьбе с "Исламским государством" и другими террористическими группировками?
— Мы уже очень давно обсуждаем эту всеобъемлющую стратегию. В прошлом сентябре на уровне глав МИДов стран ЛАГ была одобрена резолюция, выражающая нашу общую решимость противостоять всем террористическим группам региона. Это подразумевает борьбу не только военными методами или мерами в области безопасности, но также и с помощью других инструментов — например, культурной и идеологической контрпропаганды. И это все уже осуществляется в настоящее время. Кроме того, мы решили, что уже до конца этого месяца будет объявлено о создании совместных вооруженных сил арабских стран.
— Совместные ВС стран ЛАГ анонсировали еще в марте. Уже есть ясность, как общеарабская армия будет выглядеть? Например, какова будет ее численность?
— Никакие подобные подробности еще не обсуждались. До этого момента мы обсуждали только протокол, определяющий общий формат. Это будет нечто вроде сил быстрого реагирования, расположенных в каждой стране, участвующей в общих ВС. Совместно реагировать они будут только в случае соответствующего решения со стороны Совета обороны ЛАГ, состоящего из глав МИДов и Минобороны стран-членов. Все остальное время эти силы будут базироваться на территории своих стран.
— В общеарабской армии будет какая-то "ударная сила"? Например, египетская армия имеет репутацию одной из самых профессиональных.
— Определенно да. Я предполагаю, что наиболее активное участие примут 14-15 стран, но я пока не могу вам их назвать.
— Вы планируете их использовать против "Исламского государства в Ираке и Леванте"?
— Да. Но соответствующие решения должен будет принять Совет обороны.