• Москва, +19....+28 дождь
    • $ 64,92 USD
    • 71,21 EUR

Коротко

Подробно

Закрытые папки

Что скрывают архивы Великой Отечественной войны? Выяснял Леонид Максименков

Проблема допуска к архивным документам военной поры и сегодня, в год 70-летия Великой Победы, не решена


Леонид Максименков, историк


В ноябре 2014 года о проблеме допуска к архивным документам о Второй мировой президенту и верховному главнокомандующему рассказал заместитель декана историко-филологического факультета Пензенского государственного университета Антон Комплеев. На той встрече с молодыми учеными и преподавателями истории президент пообещал историкам помочь и обещание сдержал, 16 декабря выпустил поручение: "Минобороны России рассмотреть вопрос об упрощении процедуры доступа к открытым архивным материалам Центрального архива Минобороны России, посвященным Второй мировой войне. Доклад — до 1 июня 2015 года".

Если читать поручение президента внимательно, становится понятно: проблема доступа даже к открытым архивным материалам имеется, и, судя по формулировке, существенная. Будем надеяться — проблему решат и с докладом успеют.

А вот с обеспечением широкого доступа к закрытым по сей день архивам военной поры не успеть никак: засекречено. Причем массивы этой запечатанной исторической правды — колоссальны.

Тайны генералиссимуса


В начале марта руководитель Федерального архивного агентства Андрей Артизов на пресс-конференции сообщил: на сегодняшний день рассекречены и доступны почти 95 процентов документов из личного фонда Сталина. По словам чиновника, "оставшиеся несколько процентов" закрыты согласно российскому законодательству о государственной тайне.

"К ним относятся документы, связанные с разведкой, с обеспечением безопасности страны, вопросы, связанные с производством оружия. Есть и международная деятельность, те или иные решения, которые принимались представителями государств мира и по взаимным договоренностям на долгое время закрыты",— пояснил Артизов. На пресс-конференции присутствовал и директор федерального казенного учреждения "Российский государственный архив социально-политической истории" (РГАСПИ). Здесь и хранится личный архив Сталина.

Поверим в эту цифру, но — проверим. Идем в читальный зал указанного архива. Берем опись N 11 сталинского фонда N 558. Листаем и считаем.

В фонд внесено 1705 дел плюс два литерных. Итого 1707.

В марте 1999-го по акту возвращены в Управление президента РФ по государственным наградам шесть дел (это ордена генералиссимуса и памятные предметы, всего ушло 14 единиц хранения). Принимаем оставшуюся цифру 1693 за 100 процентов. Затем считаем пропуски в номерах, невесть каким цензором заклеенных, а значит засекреченных, дел. Местами это целые страницы. Что это за дела — пока не знаем. Засекречены сами названия засекреченного. После усушки и утруски считаем: в читальный зал не выдается 224 артикула наименований сталинского архивного товара.

Составляет ли это количество 5 процентов? Отнюдь. Это 13,23 процента. Если вычесть из общего количества доступного архивный мусор (россыпь), репринты, газетные вырезки, опубликованные миллионными тиражами 13 томов сочинений Сталина и материалы к ним, брошюры, книги из его библиотеки, то реальный вес этих 13 процентов заметно вырастает.

Учет закрытого


Что же закрыто по теме "Великая Отечественная"?

В Москве ответ мы, увы, не найдем: не хватит ни времени, ни нервов. Зато легко отыщем искомое за границей, скажем, в Университете Торонто (Канада). В его фундаментальной библиотеке в открытом доступе лежит полная опись московского сталинского фонда. Главное, что заклеенные в Москве страницы там почему-то ожили (этому каталогу присвоен шифр по классификации Библиотеки Конгресса США: DK268 S8 B55.1978).

Что же для нас закрыто?

Засекречены шифротелеграммы Генерального штаба Красной и Советской армии, ВВС, ВМФ, наркоматов авиационной промышленности, вооружения, тяжелого машиностроения, штаба войск ПВО (дела N 448-453). Запрятаны все шифровки Разведуправления Генштаба (N 454-455). Все это с автографами Сталина. Недоступны копии военных приказов наркома обороны, а главное, материалы к ним со сталинской правкой (N 462-464 и 466-477).

Из военных документов от начала Второй мировой до Великой Отечественной скрыты замечания и правка вождем тезисов доклада наркома обороны Тимошенко на заключительном заседании Военного совета, сводки по военной технике и экономике иностранных государства, информация о задачах германской делегации на хозяйственных переговорах с СССР (N 437).

От историков в России скрывают записки, информации, сообщения, телеграммы Сталина и возглавляемого им Наркомата обороны о технике и тактике применения в немецкой армии отравляющих веществ, подготовке немцев к операции на Смоленско-Вяземском направлении, об опыте первых трех месяцев войны, о характере ближнего боя, действиях авиации, недостатках в работе ПВО Москвы, создании комитетов обороны в Сочи, Гаграх, Сухуме и Зугдиди, рейде объединенных партизанских отрядов под командованием Ковпака и Сабурова. Недоступна даже правка Сталиным текста ультиматума командующему 6-й германской армии, автору плана "Барбаросса" фельдмаршалу Паулюсу и всему составу окруженных германских войск под Сталинградом (дела N 440-441).

Закрыто дело N 493. Это переписка по военным вопросам Сталина с Никитой Хрущевым. В ней размышления об обстановке на Воронежском, Сталинградском и Южном фронтах.

Еще хуже дело со сталинской перепиской с первым красным офицером и первым маршалом, наркомом обороны Климентом Ворошиловым (дела N 714-715). С Хрущевым обмен посланиями длился 12 месяцев, a c Ворошиловым — 32 года, с 9 января 1920 года по 6 ноября 1952 года. Можно ли без этой коллекции документов рассуждать о военно-политической истории Советского Союза вообще и о подготовке и начальном периоде войны в частности?

Как интересно было бы "ввести в научный оборот" скрываемое от народа-победителя полное собрание шифротелеграмм, которыми обменивались Сталин и Лев Мехлис — сталинский любимец и своеобразный антипод прославленным советским военачальникам. До войны он редактор "Правды", заведующий отделом печати ЦК, начальник Главпура Красной армии. С первых дней войны этот нарком госконтроля вновь возглавляет Главпур. Он "архитектор" керченской катастрофы 1942 года. Увы, дела N 500-503 общим количеством 574 листа также засекречены.

Зато десятилетиями нас кормят клонированными Сталиными из киноэпопей, телесериалов, сенсационных документальных расследований и кирпичей многотомных романов: "Выйдите и подумайте хорошенько, товарищ Рокоссовский". "Сталин встал", "Сталин прилег", "Сталин подумал", "Сталин вспомнил". Одним словом, поколениям соотечественников морочат голову туфтой и поят киселем из мороженой клюквы.

Сколько "сенсационных" сборников-документов можно ввести в оборот? Десятки, сотни. Так доколе же ждать?

Закрыты не только эти папки. Закрыты и целые архивные массивы государствообразующих учреждений, наркоматов, ведомств, служб, целых направлений в изучении государства российского. И не только в сталинском архиве, а вообще. Как говорили большевики, "целиком и полностью". Закрыто почти все по тематике Наркомата по военным и морским делам и Реввоенсовета, Наркомата обороны и Министерства вооруженных сил СССР, по Генштабу и ГРУ, все предложения военных комиссий 1940 года. Закрыты директивы и приказы Ставки Верховного главнокомандования и Госкомитета обороны (дела N 478-481 на 594 листах).

Сталину докладывали о создании военной базы против Японии на Дальнем Востоке, об амнистии белогвардейцев, проживающих за границей. Он исследовал "единый метод ведения войны" (что это за метод?), состояние авиации, создание "оперативных химических соединений" (об этом вообще ничего не известно), "формирование химического корпуса".

Запечатаны все шифровки Сталина военных лет в адрес местных партийных и советских органов, командующих фронтами, наркоматов и заводов, партизан. В той же секретной категории и переписка с отдельными трудящимися, собравшими деньги и ценности на строительство танков и самолетов. Это вообще невозможно понять, ведь ответы вождя трудящимся долго и нудно печатались тогда же в "Правде".

Мир под замком


Еще безысходнее ситуация с "летописью" внешней политики. Историки об этом знают и давно опустили руки. Министерство иностранных дел еще в 2000 году прекратило издание канонической серии "Документы внешней политики СССР". Последняя страница нашей дипломатической биографии помечена... 31 декабря 1942 года. После этого — оранжереи для фальсификаций. Бери не хочу.

Ведь закрыты все телеграммы, перехваченные до и во время войны Спецотделом НКВД-НКГБ, отправленные иностранными послами и генконсульствами из военной столицы — Куйбышева и из Москвы, и ответные телеграммы аккредитованных в СССР и в других странах. На большинстве из них — резолюции, пометки и комментарии Сталина (дела N 190-193).

Одновременно наглухо запрятаны почти все шифровки в Кремль от полпредов (послов) и советских консулов за границей. Тоже с ответами и резолюциями Сталина и членов политбюро (N 212-213 и 215-219).

Засекречены все тематические папки политбюро по внешней политике СССР.

Полностью закрыта переписка Сталина с Мао Цзэдуном и Чжоу Эньлаем, дела N 330-348 (18 дел, тысячи страниц). Это, вероятно, ее в том числе имел в виду господин Артизов, когда говорил о цензуре по "взаимным договоренностям" и на "долгое время".

Но вот незадача. Если вы все же хотите заглянуть в эту переписку, то обратитесь к журналам американского проекта "Холодная война" начала 1990-х. Например, зимой 1995-1996 годов там была выложена самая "сочная" часть запретной для нас переписки — о войны в Корее 1950-1953 годов, когда холодная война перешла в горячую (http://www.wilsoncenter.org/sites/default/files/CWIHP_Bulletin_6-7.pdf).

Так что, перефразируя Джорджа Оруэлла, можно сказать: пользователи российских архивов все равны, но всегда были, есть и будут те, кто "равнее" других.

У нас засекретили все и по Северной Корее. Но и в этом сегменте — запрет только для своих, многие документы из этого фонда были переданы американцам, Центру им. Вудро Вильсона в частности. Никакого переполоха, кстати, они не наделали. Тем более что напечатаны они по-английски и в них потерян уникальный стиль шифровок товарища Фын Си (псевдоним Сталина, он же Дружков, он же Филиппов).

Еще полностью закрыто для отечественных историков дело N 317 ("Иран"). Под спудом тайны остается переписка Сталина с председателем Совета министров Польской Республики в изгнании, генерал-полковником Владиславом Сикорским, погибшим над Атлантикой, и его наследником Станиславом Миколайчиком. Скажут, что это известные русофобы и противники сближения с русским народом, не хотим, мол, знать, о чем они там писали. Но недоступны и материалы друзей и союзников, братьев по оружию — товарищей Болеслава Берута и Якуба Бермана, Юзефа Циранкевича и Хилари Минца. Не повезло и попутчикам: Осубке-Моравскому и Михалу Роле-Жимерскому (дела N 355, 356, 358, 359). Чем эта цензура не материальная база для вечного — со времен Пушкина и Мицкевича — спора братьев-славян? О поисках какой "правды о Катыни" можно твердить, когда и эти документы закрыты?!

Хотите продолжения? Извольте. "Посторонним вход воспрещен" и к уникальным материалам по союзникам из антигитлеровской коалиции. От посторонних глаз спрятана вся переписка Сталина с сопредседателями "Сражающейся Франции" генералами де Голлем и Анри Жиро, в том числе в связи с освобождением Парижа от немецко-фашистских захватчиков (дело N 390). Не выдают материалы переговоров Сталина с Уилки — личным представителем президента США Рузвельта — в августе-сентябре 1941-го, всю переписку с диппредставителями США времен войны, в том числе о приобретении там вооружения.

Закрыты сталинские документы по Австрии, Болгарии, Италии, Испании, Финляндии, Чехословакии. Недоступна Япония.

Пометки на полях


Жанр сталинской резолюции — материал не для одной докторской диссертации. Да и массовая культура от рассекречивания выиграет. Но неизвестно когда: бесценный пласт архивных источников — "журналы регистрации отправленных документов с резолюциями Сталина" засекречены тоже. Это семь архивных дел за N 419-425 на 738 листах! Разумеется, наглухо закрыты документы по ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ (14 дел, N 170-183). Засекречены депеши пресловутого СМЕРШа, растиражированного рейтинговыми телесериалами и масслитом... Особенно те, по которым когда-нибудь придется реабилитировать сотни и тысячи (а может быть, миллионы) соотечественников, ведь этих людей процесс реабилитации почти не коснулся.

Все это далеко не полные примеры, взятые лишь из одной (!) описи одного (!) фонда одного (!) архива. Правда, личного архива самого Сталина, но лишь по одной теме — Великая Отечественная, о которой нам неустанно твердят, что открыто все и тайн нет.

Известно, что последний раз межведомственная комиссия (МВК) по сталинскому архиву заседала в ноябре 1998 года (протокол МВК N 37-рс). По регламенту она может пересматривать гриф секретности исторических документов раз в десять лет. Иначе говоря, она могла собраться еще семь лет назад. Не собралась. И когда соберется — неведомо...

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение