IFC оценила коммерческий потенциал климатических инвестиций
Мониторинг / эффективность
Инвестиционное подразделение Всемирного банка — Международная финансовая корпорация (IFC) — опубликовало исследование, изучающее потенциал коммерчески привлекательных инвестиций в проекты возобновляемой энергетики и модернизацию действующей инфраструктуры, ресурсоэффективности и адаптации к изменениям климата в быстроразвивающихся странах Европы, СНГ, на Ближнем Востоке и в Северной Африке (БВСА). Консервативная оценка общего потенциала этих инвестиций составляет $640 млрд до 2020 года (см. график). В случае же сохранения тенденции роста капвложений в возобновляемую энергетику, прогресса в отказе от субсидирования ископаемого топлива, а также амбициозной господдержки цена вопроса увеличивается до $1 трлн. Потенциал России, по консервативному сценарию, оценивается минимум в $134 млрд — львиная доля от возможных вложений в СНГ. Энергоэффективность РФ в 2,5 раза меньше среднемировой (40% производимой энергии просто теряется — это сопоставимо с годовым потреблением Франции и приводит к потере $84-112 млрд потенциальных экспортных доходов). Это "является существенным риском для конкурентоспособности страны" и уменьшает доходы бюджета на $3-5 млрд в год.
Даже несмотря на относительно низкие, как считают в IFC, внутренние цены на энергию и высокий уровень субсидирования производства и потребления ископаемого топлива, возврат на инвестиции в энергоэффективность во всех секторах может составлять $80 млрд в год, при сроке окупаемости всего в четыре года, что объясняется изношенностью оборудования и инфраструктуры. Российская промышленность обладает наибольшим среди всех исследованных стран потенциалом для климатических капвложений — $19 млрд. При этом на обновление процессов в тяжелой промышленности, модернизацию оборудования и промышленного освещения приходятся примерно равные доли возможных инвестиций. В $60 млрд оценен потенциал ЖКХ , а оставшиеся $48 млрд приходятся на производство энергии, из них на возобновляемую энергетику — лишь $14 млрд (в том числе $9,4 млрд на производство энергии из лесной и сельскохозяйственной биомассы). Мешает реализовать этот потенциал традиционно низкое качество госполитики и небольшая заинтересованность менеджмента компаний.
