МВД Великобритании предупредило на минувшей неделе о том, что скоро в Европу вернутся сотни последователей радикального ислама, воюющих сейчас в Мали и Сирии, и устроят масштабные диверсии и теракты. Глава Европейского центра стратегической разведки и безопасности КЛОД МОНИКЕ рассказал корреспонденту "Ъ" МАРИИ ЕФИМОВОЙ, как "арабская весна" подстегнула терроризм в Европе и чего не хватает европейским спецслужбам в борьбе с ним.
Фото: www.esisc.org
— Исламский терроризм давно стал головной болью для Европы. "Арабская весна" сильно ухудшила ситуацию?
— До недавнего времени одной из самых больших проблем были террористы с Кавказа, в первую очередь "Кавказский эмират". В последние годы Франция и Бельгия предотвратили несколько крупных терактов, которые готовили кавказцы. Сегодня в фокусе внимания европейских спецслужб Сирия и Мали. В Египте, Тунисе и Ливии на глазах растет влияние салафитов, беспрепятственно вербующих сторонников по всему миру, в том числе молодых европейских мусульман.
— Откуда Европе ждать наплыва джихадистов в ближайшее время?
— Сейчас это Сирия и зона Сахеля. Но мы должны понимать, что новые угрозы приходят не вместо прежних, а вместе с ними. Десятки итальянских, бельгийских и немецких граждан по-прежнему учатся в лагерях сомалийской группировки "Аш-Шабааб" и уже завтра вернутся домой. "Традиционные" регионы джихада — Афганистан и Йемен — тоже продолжают производить террористов.
— Европа готова морально и технически к росту исламского радикализма?
— Законы большинства стран ЕС предусматривают уголовное преследование граждан, воюющих в качестве наемников в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Бельгия и Франция решили, что этого недостаточно, и приняли законы о преследовании также тех, кто отправляется в тренировочные лагеря для джихадистов. Правда, на суде в таких случаях вину не так просто доказать. В целом же, откровенно говоря, европейские антитеррористические законы до сих пор не приспособлены для того, чтобы спецслужбы могли эффективно работать.
— И как им мешают законы?
— Приведу пример. Террористические сети интернациональны. Если вы накрываете ячейку боевиков в Париже, то их пособников нужно тут же брать в Брюсселе и Лондоне. Законодательство разных стран предусматривает разное время, в течение которого полиция может задерживать подозреваемого без официального предъявления обвинений: в Британии — три недели, во Франции — пять дней, в Бельгии — всего сутки. Получается, что за 24 часа нужно опросить всех подозреваемых, провести очные ставки, найти их дома и тайники, проанализировать содержание их компьютеров, перевести документы. Это невозможно. Значит, антитеррористические законы нужно гармонизировать.
— А сами спецслужбы достаточно эффективны?
— Я бы не сказал.
— А в чем проблема? Нужны новые технологии?
— Нет, в США и Европе спецслужбы не испытывают недостатка в технических возможностях. Проблема в человеческом факторе. Нужно больше сотрудников-мусульман, которые понимали бы язык, культуру и психологию тех, за кем охотятся. Не хватает координации между спецслужбами и полицией: "внутренние террористы" появляются и из криминальных кругов, как показал пример Мохаммеда Мера (французско-алжирский террорист, совершивший в 2012 году громкие нападения на французских военных и еврейскую школу.— "Ъ"). Кроме того, в отличие от США, европейские службы безопасности мало работают со специализированными исследовательскими центрами, которые могли бы им дать необходимый для анализа социальный, культурный и политический контекст. Терроризм — это стремительно мутирующий вирус. Мы должны учиться мыслить нестандартно и действовать на опережение, чтобы победить его.