• Москва, 0...-2 снег
    • $ 63,39 USD
    • 68,25 EUR

Коротко


Подробно

Анна Юдковская: при потере судьями ощущения независимости можно забыть о правах человека

Судья ЕСПЧ рассказала о ситуации с рассмотрением тысяч жалоб на Украину

"Ъ" завершает публикацию интервью судьи Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) от Украины АННЫ ЮДКОВСКОЙ (начало см. в предыдущем номере). В беседе со специальным корреспондентом "Ъ" СЕРГЕЕМ СИДОРЕНКО судья рассказала о возможности оспорить неперсональное голосование в парламенте, о решении ЕСПЧ по делу бывшего премьера Павла Лазаренко, а также о двукратном росте числа жалоб на Украину в 2012 году.


— Украина входит в число лидеров по загрузке ЕСПЧ работой. Какова динамика числа жалоб на нашу страну?

— В прошлом году Украина вышла на второе место по количеству новых жалоб после России — в Страсбург от нас обратились 10 тыс. человек. Для сравнения, в 2011 году было 5500 обращений. Это создало фантастическую нагрузку на секретариат суда. Тем не менее я считаю, что не всегда количество жалоб в отношении страны является показателем масштаба проблем. Подавляющее большинство поступающих в ЕСПЧ жалоб против Украины признаются неприемлемыми. Только на начальном, "фильтрационном" уровне, на стадии принятия решения одним судьей в 2012 году 6700 жалоб против Украины были признаны неприемлемыми. В 2011 году неприемлемыми признали 4150 дел. Примерно 80% неприемлемых жалоб — обращения людей, которые искренне считают, что ЕСПЧ — некая четвертая инстанция, которая отменит решение районного суда и напишет новое. То есть обращаются люди, которые просто недовольны решением национальных судов по своему делу. Они не понимают, чем занимается ЕСПЧ, ведь оценка фактов и оценка применения национального законодательства не входят в сферу нашей компетенции. Мы поверяем соблюдение норм Конвенции. Есть много жалоб, неприемлемых из-за несоблюдения формальных требований: не исчерпана возможность защиты на национальном уровне или же прошло больше шести месяцев с момента вынесения решения в Украине. Кроме того, немало жалоб признаются неприемлемыми из-за того, что национальные суды адекватно рассмотрели все жалобы заявителя и приняли законные и обоснованные решения. По части дел государство и истец достигают мировой договоренности.

— Как часто дело заканчивается решением в пользу Украины?

— Как правило, проигрышные для заявителя дела признаются неприемлемыми на одной из ранних стадий, и потому журналисты не замечают их в базе вынесенных решений, хотя на самом деле их большинство. Однако по некоторым жалобам решение в пользу Украины принимается палатой суда уже в самом конце процесса и обнародуется в общем порядке. Пример — принятое в декабре 2012 года решение по делу экс-премьера Павла Лазаренко против Украины. Жалоба была подана им в 2002 году, так что дело рассматривалось 10 лет. Это, конечно, безобразие и огромный срок. Но, к сожалению, суд сегодня перегружен и поставлен в такие рамки, что есть категории дел, которые ждут своего рассмотрения так долго. Дело Лазаренко относится к категории, которая рассматривается в последнюю очередь,— о вопросах собственности. Господин Лазаренко и члены его семьи пожаловались на то, что, когда они покинули Украину в 1999 году, у них отобрали квартиру, которую им в свое время дало государство как семье премьер-министра. С их точки зрения, квартира была отобрана незаконно, потому что у них были достаточные причины не находиться в квартире более шести месяцев, сохраняя за собой право пользования ею, а национальные суды решили иначе. Помимо этого, истцы жаловались, что утратили доступ к собственности, оставшейся в данной квартире. В итоге в 2012 году ЕСПЧ пришел к выводу, что в вопросе недоступа к собственности истец не исчерпал возможности для защиты прав на национальном уровне, а что касается лишения их права проживания в государственной квартире, то украинские суды приняли обоснованное решение о выселении. То есть в целом истцу было отказано в жалобе.

— В январе было обнародовано решение ЕСПЧ по делу бывшего судьи Верховного суда Александра Волкова против Украины, и оно было рассмотрено весьма оперативно.

— В данном деле ЕСПЧ обнаружил системную проблему и отметил в решении, что Украине необходимо срочно реформировать систему привлечения судей к ответственности. У нас этому делу был дан наивысший приоритет, его рассмотрели в очень краткие сроки и, конечно же, его выполнение будет находиться на особом контроле Комитета министров, хотя в нем и не стоял вопрос жизни и смерти. В деле Волкова речь идет о самом важном — о независимости судебной власти. Ведь при потере судьями ощущения своей независимости можно забыть об остальных правах человека, поскольку некому будет контролировать их соблюдение. К слову, у нас уже есть на рассмотрении более десяти жалоб от уволенных судей.

— Дело Волкова показало, что ЕСПЧ может указать государству четкий путь решения проблемы — суд потребовал восстановить заявителя в должности судьи Верховного суда.

— Такие решения в практике ЕСПЧ не то что редкие — они принимаются в исключительных случаях. Так, лишь несколько раз за свою историю суд обязывал государство освободить заявителя из-под стражи. ЕСПЧ указывает государству, как действовать, только если характер длящегося нарушения не оставляет никаких сомнений в незаконности действий государства, и нет никакого поля для выбора пути восстановления человека в правах. В большинстве же случаев, когда заявитель пострадал в результате несправедливого судебного процесса, суд лишь указывает на то, что дело необходимо пересмотреть. Однако в деле Волкова ЕСПЧ не мог прибегнуть к обычной практике и потребовать от Украины изучить возможность увольнения судьи заново, потому что выяснил, что процесс, заложенный в законодательстве, сам по себе порочен. И для того, чтобы привести его в соответствие с Конвенцией, необходим длительный законодательный процесс, в том числе изменение Конституции.

— Это дело стало первым, где ЕСПЧ признал недопустимой практику неперсонального голосования в Верховной раде. Означает ли это, что можно обжаловать в ЕСПЧ все другие решения Верховной рады, принятые подобным образом, и ожидать положительного решения?

— Все зависит от конкретного дела, в том числе — в контексте того, кто может подать жалобу. В деле Волкова оспаривался индивидуальный акт парламента, постановление об увольнении судьи, что позволило говорить о конкретной жертве этого акта. Суд признал, что процесс принятия решения был незаконным, поскольку Конституция предписывает каждому депутату голосовать самостоятельно. У нас были достаточные доказательства — видео, свидетельства депутатов, подтверждающие, что при увольнении Волкова это правило не было соблюдено. И государство ничего не предоставило для опровержения этих утверждений.

— Какая разница, оспаривается индивидуальный акт или общий закон? После вступления в силу закона, влияющего на жизнь граждан, может быть много пострадавших.

— Если прямым результатом незаконного принятия того или иного акта стало ущемление конкретного лица в фундаментальных правах, и жертва нарушения может это доказать — такой вопрос можно поставить перед судом.

— В январе ЕСПЧ опубликовал больше 200 решений по так называемым "клоновым" делам, принятым по прецеденту дела "Юрий Иванов против Украины", где идет речь о невыполнении решений национальных судов (см. "Ъ" от 17 января). Сколько еще дел, подобных делу Иванова, находятся на рассмотрении ЕСПЧ?

— Около 3 тыс. Я надеюсь, что за пару лет мы рассмотрим те дела, что уже находятся в производстве, но неизвестно, сколько за это время поступит новых жалоб. Сейчас их поток существенно вырос. Проблема невыполнения решений судов в Украине требует системного решения.

— Что должна сделать Украина, чтобы поток "клоновых" решений прекратился?

— Как вы знаете, в прошлом году был принят закон "О гарантиях государства по исполнению судебных решений", который, как предполагалось авторами, должен был устранить проблему. Но, к сожалению, он не решил ее полностью. Этот закон не покрывает исполнение решений, вынесенных до 2013 года, жалобы по которым находятся в ЕСПЧ и постоянно продолжают поступать. Так что неплохо было бы, чтобы законодатель предусмотрел механизм компенсации и по решениям, вынесенным ранее.

— Совет Европы сообщал Киеву, что закон в принятой редакции не устраняет проблему, для решения которой он был разработан?

— Насколько мне известно, Комитет министров Совета Европы сообщал об этом. К закону есть еще ряд претензий, в частности в нем предусмотрены маленькие компенсации. Тем не менее я надеюсь, что по решениям судов, вынесенным после 2013 года, таких проблем и такого количества жалоб в ЕСПЧ уже не будет. Оценить эффективность работы закона на практике можно будет лишь спустя несколько лет.

— Когда рассматривался этот закон, его авторы утверждали, что прописанная в нем отмена множества льгот является требованием Страсбурга и необходима, чтобы остановить поток решений ЕСПЧ. Так ли это?

— На самом деле никакого отношения к делу Иванова эти меры не имеют. Мы не должны, не можем и не имеем права указывать государству, где именно ему взять деньги в бюджете для покрытия нужд, связанных с решением ЕСПЧ.

— Сейчас в решениях, "клоновых" к делу Иванова, назначается возмещение истцам морального ущерба в размере 1,5-3 тыс. евро. Возможно ли, что сумма сатисфакции будет удвоена, чтобы повлиять на Украину?

— Такие меры обсуждаются в Страсбуре, и не только в отношении Украины. Речь идет о том, чтобы к государствам--"плохим ученикам" применялись финансовые санкции, но пока этот вопрос на стадии обсуждения. Решение по нему будут принимать Комитет министров и Парламентская ассамблея СЕ.

— Попадают ли в категорию "клонов дела Иванова" жалобы украинцев, для которых государство перед очередными выборами ввело социальные льготы, но не выплатило их?

— Проблему невыплаты не предусмотренных бюджетом социальных льгот мы рассматриваем отдельно от дела Иванова, если, конечно, нет решения украинского суда, вступившего в законную силу. На самом деле это колоссальный массив жалоб, и по ним еще не готово первое решение. Здесь ЕСПЧ предстоит дать ответ на интересный правовой вопрос — насколько легитимными были ожидания людей, что они получат ту или иную льготу, учитывая, что в госбюджете не были предусмотрены средства на это? На сегодняшний день коммуницировано несколько категорий таких дел — касающихся обещанных выплат ветеранам войны, семьям с детьми, детям войны.

— Какие еще системные проблемы правосудия в Украине вы видите?

— Я бы выделила квазипилотное (демонстрирующее системную проблему.—"Ъ") дело "Каверзин против Украины", касавшееся страшной практики, существующей в нашей стране,— пыток. В Украине повсеместно пытают в правоохранительных органах, и жалобы не расследуются должным образом. Чаще всего людей пытают, чтобы выбить признание и добиться "хорошей" статистики раскрываемости преступления. А поскольку прокуратура одновременно и поддерживает обвинения, и наблюдает за законностью, то есть расследует жалобы на действия милиции, то, естественно, жалобы на пытки расследуются плохо, ведь прокурор заинтересован, чтобы обвинение, основанное на признаниях, полученных под пытками, не распалось в суде. ЕСПЧ обозначил, что для решения этой проблемы должен быть принят комплекс законодательных и административных мер.

— Можно ли условно разбить весь массив дел против Украины по группам?

— Всего на рассмотрении ЕСПЧ находятся около 10 тыс. дел. Спектр обжалуемых проблем очень велик. Самая крупная группа — около 3 тыс.— "клоновые" дела по отношению к делу Иванова, еще несколько сотен касаются невыплаты государством социальных льгот. В большинстве оставшихся обращений обжалуется несправедливое судебное разбирательство. Часты жалобы относительно необоснованно длительного досудебного заключения, условий содержания под стражей, пыток, ненадлежащего расследования.

— После парламентских выборов 2012 года ряд кандидатов заявляли о намерении обратиться в ЕСПЧ. Есть ли новости по их делам?

— В суд пришли, насколько мне известно, три жалобы, касающиеся отмены решений окружных комиссий. Но поскольку эти дела еще находятся в производстве, я не могу их комментировать.

— В свое время ЕСПЧ уже рассматривал поствыборные дела — "Николай Ковач против Украины", "Николай Мельниченко против Украины". Оба истца выиграли, но суд обязал лишь выплатить им компенсацию, не решив вопрос их избрания, хотя на примере дела Александра Волкова мы видим, что это возможно.

— Знаете, при вынесении решения по делу Волкова я написала по этому поводу особое мнение. На самом деле restitutio in integrum — восстановление истца в исходных правах — возможно очень редко. Решения ЕСПЧ принимаются по прошествии значительного времени, когда ситуация уже претерпела изменения. Дело Волкова является исключительным. Судью Волкова теоретически возможно восстановить в должности, но для этого необходимо определенное время. Я читала критические замечания украинских коллег относительно своего особого мнения — некоторые юристы говорят, что в данном случае не действуют ограничения на число судей Верховного суда, поскольку судья восстанавливается в правах еще с июня 2010 года, то есть до проведения реформы системы судоустройства. Это показывает непонимание в Украине природы решений ЕСПЧ, по сути отличающихся от решений национальных судов. Да, если бы украинский суд решил восстановить господина Волкова в должности, он сделал бы это "с момента увольнения", отменив решение о его увольнении как незаконное. Но ЕСПЧ не может отменить какое-либо решение национального суда. В решении мы подчеркиваем, что в случае вступления решения ЕСПЧ в законную силу Волков должен быть восстановлен в должности при первой появившейся возможности. И господин Волков вновь станет судьей Верховного суда только после того, как государство само восстановит его, исполнив решение ЕСПЧ.

Помню, в свое время один из представителей Мельниченко говорил, что с момента решения ЕСПЧ Мельниченко является народным депутатом. Это не так! По прошествии длительного времени невозможно так восстановить нарушенные права кандидата, чтобы он стал народным депутатом, не нарушив при этом права третьих лиц.

— Какой была самая крупная компенсация, присужденная ЕСПЧ в делах против Украины и других стран?

— Тут необходимо разделять вопрос возмещения материального и морального вреда. С первым проще — сколько ущерба было причинено, столько и должно быть возмещено. Насколько я знаю, максимальная компенсация составила 30 млн евро — и это было в 1994 году по жалобе двух нефтеперерабатывающих заводов против Греции. Хотя определение величины материального вреда часто становится для ЕСПЧ очень сложным вопросом. Так, есть дело компании "Агрокомплекс" против Украины, где в решении от октября 2011 года мы пришли к выводу, что весь процесс по делу этой компании в Украине был откровенно несправедливым — были факты, шокирующие неприкрытым отсутствием уважения к судебной власти со стороны первых лиц государства. Например, в материалах дела есть момент, когда тогдашний президент Украины (Леонид Кучма.—"Ъ") обращается к главе Высшего хозяйственного суда и указывает, каким образом надо решать дело. Более того, председатель суда дает письменный отчет президенту о том, что было выполнено.

Однако на момент вынесения решения мы были не в состоянии точно оценить убытки заявителя. (Речь идет о неоплаченных поставках "Агрокомплексом" нефти на Лисичанский нефтеперерабатывающий завод, контролировавшийся на тот момент государством, истец оценивает убытки в несколько сотен миллионов долларов.—"Ъ"). ЕСПЧ пока отложил определение размера возмещения в ожидании возможного соглашения между сторонами. А в иске компании ЮКОС к России речь вовсе шла о миллиардах евро.

Что касается морального вреда, тот тут суд не присуждает огромных компенсаций, чтобы не поощрять жалобы в ЕСПЧ только ради них. Самая крупная компенсация нематериального ущерба по нашей стране была в деле Богдана Савицкого против Украины. Это дело о пытках человека даже вне рамок уголовного дела. Увы, пытки подозреваемых и обвиняемых с целью получения признаний продолжают оставаться проблемой номер один в области права человека в Украине. Однако господин Савицкий не был ни обвиняемым, ни подозреваемым, а вся его "вина" заключалась лишь в том, что он решил обратиться в милицию, увидев, что у него украли велосипед. Милиция приехала и избила его, сломав позвоночник в двух местах, после чего из здорового мужчины он превратился в прикованного к коляске инвалида. Конечно же, невозможно адекватно возместить такой ущерб. Сумма присужденной Богдану Савицкому компенсации составила 100 тыс. евро и, насколько я знаю, эти деньги был сразу же ему выплачены.

— Вы упоминаете об исках коммерческих компаний. Каким образом юридические лица доказывают нарушение прав человека?

— Ст. 34 Конвенции говорит о том, что обратиться в суд может как физическое лицо, так и любая неправительственная организация. Ограничений нет, если компания не является государственной. И таких дел в производстве ЕСПЧ немало.

Тэги:

Обсудить: (0)

обсуждение