Если все идут к горе

Металлургия — одно из самых вредных и опасных производств. Но лечением пылевого бронхита или пояснично-крестцовой полирадикулопатии (главные профзаболевания металлургов) владельцам предприятий медицинскую тему не закрыть. Для того чтобы сделать компанию эффективной, здоровье нужно сделать фетишем рабочих и их начальников. Решение этой задачи в отдельном городе сложнее и дороже любого нацпроекта. Но не решать ее выйдет еще дороже.

58-летний Виктор Рашников всю жизнь проработал на Магнитке. Начав карьеру в 19 лет слесарем, он в 1991 году стал первым заместителем гендиректора, а в 1997 году возглавил комбинат.

Сегодня его называют основным владельцем ММК: в 2004 году структуры, близкие к менеджменту ММК, выкупили за $1,7 млрд 17,8% акций ММК у государства и 17% — у стальной группы "Мечел". С этих пор вместе с партнерами Виктор Рашников контролирует почти 100% акций Магнитки. Он в фаворе у власти. Путин несколько раз бывал в Магнитогорске, и не без его помощи, как говорят, Виктору Рашникову удалось получить полный контроль над предприятием. Политических амбиций у господина Рашникова нет. Его амбиция — чтобы в отдельно взятом им Магнитогорске что ни возьми, все было бы лучшее в мире. В том числе люди: здоровые, трезвые, спортивные. Тащить жителей Магнитогорска в свою мечту Виктор Рашников готов хоть бы и силой. Но большинство соглашается добровольно.

... и "Банное" обошлись ММК по $20 млн

Фото: АНДРЕЙ СЕРЕБРЯКОВ

Парня в горы тяни

Спросите любого грамотного туроператора: есть ли в России горнолыжные центры хорошего европейского уровня? Есть два, скажет туроператор, на Урале — "Абзаково" и "Банное". Оба построены ММК, каждый обошелся комбинату в $20 млн. Топ-менеджеры утверждают, что огромные деньги вложены в прибыльный бизнес и рано или поздно они вернутся. Действительно, последнее время купить тур в "Абзаково" или "Банное" непросто, распроданы почти все номера в гостиницах до конца высокого сезона. Тем не менее специалисты сомневаются, что комплексы когда-нибудь окупятся. "Сроки окупаемости горнолыжных центров очень велики — порядка десяти лет,— говорит председатель Союза горнолыжной индустрии России Григорий Ариевич.— И это при условии, что проект полностью ориентирован на бизнес. А на Урале проекты все-таки в первую очередь социальные, а только потом для заработка". Рассказывают, что в первые годы после того, как центры были построены, всем менеджерам среднего и высшего звена выдавались именные электронные пропуска на гору и Рашников лично отслеживал, сколько кто провел времени на лыжах.

— А вы катаетесь на горных лыжах? — спрашиваю я 32-летнего начальника стана-2000 ММК Владислава Антонюка.

— Катаюсь, да! — с вызовом отвечает Антонюк.— Но не потому что... Я с 12 лет катаюсь. Там один ржавый бугель стоял на горе, ничего еще не построили. Я вот и плаваю тоже. Может, я даже больше плаваю, чем катаюсь! Я вообще спорт уважаю!

Владислав сердится. Он думает, что я думаю, что если бы он не катался на лыжах, его бы, такого молодого, не назначили начальником важного для комбината объекта. И что кататься он начал, соответственно, из карьерных соображений. Я старательно опровергаю предположение, Владислав оттаивает и рассказывает, что видел Путина на горе и даже сподобился задать ему вопрос "нравится ли вам у нас", на что получил утвердительный ответ.

Директор по персоналу и социальным программам ММК Александр Маструев честно признается, что кататься начал в силу служебной необходимости.

— В 1995-м, когда мы этой темой занялись, я горные лыжи в глаза не видел. А заниматься самому пришлось, потому что не было в России специалистов, которые горнолыжный курорт могли бы спланировать и построить "под ключ", вообще не было. Так мне Виктор Филиппович и сказал: "Поезжай в Европу, изучи. Только уж если строить, то чтобы у нас самое лучшее было". Пока изучал, кататься научился прилично, сейчас с любой горы съеду довольно быстро. А горнолыжку сделали действительно лучшую, это даже Леонид Тягачев отмечал, когда у нас на открытии был.

С прессой руководителям комбината постоянно приходится объясняться по двум темам: не под Путина ли увлеклись тут горнолыжной индустрией и не слишком ли эта индустрия затратна — тем более если не под Путина. Я, конечно, тоже эти вопросы Александру Маструеву задаю.

— Да, катался у нас Путин на пятый день после инаугурации и потом несколько раз приезжал. Только "Абзаково"-то мы построили за пять лет до того! И как раз для того, чтобы сделать социалку безубыточной. У комбината в 1992 году в домах отдыха, санаториях, профилакториях и пионерлагерях было на 10 тыс. койкомест. Убытки всех этих объектов составляли 300 млн руб. в год. 4 тыс. человек на этот комплекс работало, половина дивизии мотопехоты! По большому счету строить горнолыжку мы начали для того, чтобы его загрузить, сделать прибыльным.

Фото: АНДРЕЙ СЕРЕБРЯКОВ

Потратить $40 млн для того, чтобы загрузить советские санатории,— в этом есть особая стать переживающих эпоху высоких цен на свою продукцию металлургов. По ходу развития горнолыжных центров все санатории были перестроены, к ним добавились современные гостиницы и шале. О возврате начальных инвестиций речь пока не идет, но, по словам Александра Маструева, операционная прибыль у горнолыжных центров сегодня вполне приличная — "Абзаково" ММК не финансирует уже три года, и третью линию подъемников "Абзаково" построило уже за свой счет.

Впрочем, комбинат все равно остается главным потребителем услуг "Абзакова" и "Банного", спонсируя групповые и индивидуальные поездки туда своих сотрудников. Дважды в неделю на гору по разнарядке вывозят цеха.

— Для нас-то какая разница, заплатит человек в кассу или комбинат по безналу переведет,— пожимает плечами директор комплекса на озере Банном Рашид Минмухаметов.— Конечно, специфика есть, когда на гору металлургов вывозят. Поначалу комично смотрелись и кататься не очень хотели. А сейчас многие пристрастились, особенно молодежь. Уже и не отличишь, кто катит с горы — то ли металлург, то ли гость столичный.

— У нас такой принцип был: первый выезд бесплатно, а потом сотрудники сами платят, хоть и со скидкой,— рассказывает начальник управления информации ММК Иван Сеничев.— Первое время, конечно, со скрипом шло... А сейчас все катаются. Рабочие, конечно, не все, а начальники все.

— Людей, которые не занимаются спортом, не следят за собой, среди руководителей нет,— подтверждает Александр Маструев.— У нас все автоматизировано: и розница, и спорт — все по карточкам. И наверху видно, кто сколько раз был на горе, сколько раз в спортзал заходил. Когда руководитель долго не был нигде, уже к нему вопросы. С руководителей жестче спрос, а как же. Если человек о своем здоровье не печется, если ему на себя плевать, то какая от него отдача на работе. У нас такой подход.

Фото: АНДРЕЙ СЕРЕБРЯКОВ

Здоровому телу — большую зарплату

Аналитики утверждают, что вложения в социальную сферу со стороны металлургов больше, чем в других отраслях. "В отличие от нефтяников, которые располагают достаточно мобильными кадрами, металлурги имеют дело с моногородами, где работают целые поколения рабочих на одном предприятии. По этому им приходится работать с местным сообществом более вдумчиво, нежели представителям других индустрий",— говорит директор региональных программ Независимого института социальной политики Наталья Зубаревич.

Местные сообщества в городах металлургов имеют свою специфику. Среди их проблем — пьянство, транзитные наркотики из Казахстана, криминал.

Несмотря на то что численность работающих в области торговли в два раза превышает нынешнее число работников комбината, ММК в ответе за все, что происходит в городе (у города нет других "кормильцев"), и заинтересованность комбината в здоровой социальной обстановке тоже наибольшая.

— Нельзя сказать, что мы изначально четко понимали, какие средства будут инвестированы в оздоровление ситуации,— говорит Александр Маструев.— Мы просто должны были действовать, иначе комбинату не выжить. Конечно, мы очень много вложили в спорт. Детский хоккей, взрослый хоккей, горнолыжка... Все это достаточно затратные вещи, но оно того стоит.

Крен в сторону спорта отличает Магнитогорск от других монопрофильных городов разительно. Спортивные магазины попадаются на каждом шагу. "Спортмастер" на одной стороне улицы, а на другой — "Мастер-спорт", а через квартал уже "Спорт & Фитнес" и спортивная одежда "Чемпион". Дела у всех идут неплохо, особенно в области продаж горнолыжной и хоккейной экипировки. "Спорт в городе — фетиш! — радовался один из владельцев спортивных магазинов.— Посмотрите, кто кумиры наших школьников? Не американские рэперы, а хоккеисты. А потому что кумиры-то вот они, рукой подать до них: то Яшин приезжает, который в НХЛ $90 млн получает, то капитан сборной России Ковалев прилетает на собственном самолете, то очередной игрок 'Металлурга' не сходит с первых газетных полос". Когда играет собственная команда "Металлург", жизнь города сосредоточена вокруг ледового дворца. Учитывая, что ММК помимо "Металлурга" содержит еще 14 детских хоккейных команд и почти каждые выходные проводит спортивные праздники для взрослых, одного ледового дворца Магнитогорску оказалось мало — построили второй. Остальная спортивно-отдыхательная жизнь проходит в также построенных ММК двух аквапарках, четырех боулингах и пяти спортивных клубах.

— На тему с аквапарками мы тоже вышли не сразу,— рассказывает Александр Маструев.— Были такие советского типа бассейны со спортзалами, хотелось их как-то привести в должный вид. Поездили, все узнали и поняли, что аквапарки — самый эффективный способ организации водных спортивно-оздоровительных центров. Тут и спорт, и отдых, и коммерция, и социалка — то, что нужно, в общем. Если и не лучшие в мире наши аквапарки, то во всяком случае, в Челябинской области таких нет. Представьте: лежишь в шикарном бассейне, а через стеклянную крышу видишь, как на тебя практически биатлонисты с горы летят. Красиво.

"Медсанчасть" на ММК – комплекс современных медицинских центров

Фото: АНДРЕЙ СЕРЕБРЯКОВ

Медсанчасть

Слово "медсанчасть" настраивает на какой-то гарнизонный лад. На самом же деле это целый комплекс медицинских центров, очень современного вида и нашпигованных медтехникой последнего поколения. Десять лет назад ММК решил взять за основу этого комплекса 2-ю городскую больницу, присоединив к ней заводские поликлиники и войдя на паях с городом в состав учредителей нового образования. Сейчас "Медсанчасть" существует в форме АНО — автономной некоммерческой организации.

— Десять лет уже мы существуем в такой форме и счастливы этим безмерно,— говорит главврач "Медсанчасти" доктор медицинских наук Марина Шеметова.

Главврач Шеметова — женщина большой энергии и обаяния. С ужасом вспоминает она, как в 1996-м в больницу приходили люди со своими простынями, судками с едой и лекарствами: финансирования у больницы хватало только на то, чтобы им эти лекарства ввести. С руководством ММК, как выяснилось, можно исправить многое.

— Я, когда проекты обосновываю, в словах не стесняюсь,— весело признается Марина Шеметова.— Описываю проблему жестко, без прикрас. Виктор Филиппович в детали не входит, ему главное важно. Он спрашивает так: "А это самое лучшее или еще лучше бывает?"

Неизвестно, какие слова нашла Марина Шеметова для того, чтобы обосновать проекты создания кардиологической и андрологической клиник почти по $5 млн каждая. Но на фотографиях с открытия этих подразделений "Медсанчасти" лица руководителей излучают неподдельную радость. Сама Шеметова дала клинике андрологии веселое название "happy end". К делу там относятся, впрочем, без шуток.

Фото: АНДРЕЙ СЕРЕБРЯКОВ

— Андрология может быть очень коммерческим направлением в медицине,— говорит Марина Шеметова.— Посмотрите, кто больше всех дает рекламных объявлений? Гинекологи, андрологи, трихологи. Золотое дно. Но один только бизнес-подход дает и гипердиагностику, и некачественное лечение, и прочие гнилые плоды рынка. А над нами, слава богу, нет коммерсанта с палкой, который прибыль выколачивает. Наши учредители другие цели имеют.

Цели учредителей понятны. Производство металла — вредное для здоровья. Конечно, на ММК пробуют этот вред снижать: в 1989 году, когда объем производства был максимальный, комбинат выбрасывал 1 млн тонн пыли и газа. Сейчас, после модернизации производства, выбрасывает 270-300 тонн, что, впрочем, все еще выше европейских норм. Профессиональная заболеваемость на ММК, соответственно, тоже снижается, однако все еще остается выше уровня, регистрируемого в среднем по РФ. Так что нужно людей лечить.

— Но если бы мы не были самостоятельны по форме организации, если бы только у ММК на шее сидели, результата хорошего тоже не было бы,— утверждает главврач Шеметова.— Паразитизм он ведь тоже до добра не доводит. С ММК работать нам выгодно не только из-за финансирования. Там классные управленцы. А мы, как обезьянки, копируем их бизнес-модели, впитываем интеллектуальный потенциал. И научились кое-чему. Нам сейчас 70% операционной прибыли приносит собственная деятельность. Хотя, когда я начала работать с ДМС, надо мной чиновники смеялись: зачем это нужно, когда есть ОМС? И коммерсантов мы не пустили ни одного в клинику. Ни буфет в аренду не отдали, ни аптеки. Полтора десятка аптек работает, и все наши! Прачечная тоже наша собственная, по аналогии с лучшими западными сделана, и она тоже центр прибыли.

Комплексные задачи, которые ставят учредители, требуют комплексного решения. Главной темой поэтому становится профилактика. Все работники ММК расписаны по группам риска по основным факторам и ежеквартально проходят обследования с использованием онкомаркеров и других последних достижений медицины. Контроль — как в старой советской школе. На 59 здравпунктах готовят сандружинников, каждый работник в течение года в среднем 48 раз обращается в здравпункт — но не по болезни главным образом, а за просвещением. Есть в составе "Медсанчасти" центр материнства. Беременные там рисуют картинки и учатся пеленать начиная с 13-й недели беременности — вместо работы, но продолжая получать зарплату. За рождение ребенка комбинат платит 12 тыс. руб. и до трех лет доплачивает за каждого ребенка еще по 1250 руб. ежемесячно.

— Мы целевую программу по увеличению рождаемости раньше правительства придумали,— утверждает Марина Шеметова.— Только мы более комплексно подошли. Во-первых, у нас охрана не просто материнства, а материнства, отцовства и детства. То есть мальчиков мы ведем со школьной скамьи практически, сотрудничая с городскими поликлиниками, потом через средние и высшие учебные заведения и затем у нас в клинике уроандрологии контролируем. Девочек, соответственно, через женские консультации наблюдаем, потом в нашу систему они попадают, и с роддомами мы тоже сотрудничаем.

В планах "Медсанчасти" — завести электронный паспорт пациента, развивать кардиохирургию, обзавестись собственным центром ЭКО, центром реабилитации, центром геронтологии.

— Мы как бы свое государство в государстве выстраиваем,— говорит Марина Шеметова. Утверждение довольно смелое, и за эту смелость Марину Шеметову часто приглашают с докладами в Челябинск и в Москву.— Это не значит, что мы должны всем владеть и сами все строить, нужно просто заинтересованным быть в результате.

Фото: АНДРЕЙ СЕРЕБРЯКОВ/КОММЕРСАНТЪ

Магнитогорский металлургический комбинат не уменьшал и не будет уменьшать размеры помощи работникам"

В середине ноября на ММК произошла трагедия: пожар унес жизни восьми человек и погубил большую часть одного из цехов. Можно было бы предположить, что погашение ущерба может сильно сократить социальный бюджет следующего года. Директор по персоналу и социальным программам ММК АЛЕКСАНДР МАСТРУЕВ утверждает, что этого не произойдет.

— Пожар нанес значительный ущерб предприятию. Не будет ли в связи с этим сокращен социальный бюджет на следующий год?

— Говорить о суммах ущерба можно будет только после того, как закончит работу специальная комиссия. Но какими бы ни были эти суммы, ОАО ММК останется социально ориентированным предприятием и не намерено отказываться от своих социальных обязательств. Гарантии работникам, закрепленные в коллективном договоре ММК, который принят на 2006-2008 годы, будут выполняться в полном объеме. Магнитогорский металлургический комбинат не уменьшал и не будет уменьшать размеры помощи работающим, пенсионерам и малообеспеченным категориям граждан. ММК останется инициатором социальных программ и активным участником всех созидательных дел.

— На комбинате произошла страшная трагедия. Насколько быстро удалось отреагировать на происшедшее?

— Действительно, для нас это трагедия, потому что она унесла человеческие жизни. Погибли люди, в том числе и совсем еще молодые ребята. Это самое страшное...

Благодаря профессионализму пожарных, спасателей и медиков пожар удалось локализовать, а пострадавшим вовремя оказать первую помощь и госпитализировать. Руководители и коллектив комбината сумели оперативно отреагировать на происшедшее, был создан штаб по ликвидации последствий аварии. Из строя было выведено травильное отделение одного из цехов комбината. Это, несомненно, нанесло ущерб производству, но цех площадью около 300 тысяч квадратных метров, объединяющий в единой технологической цепочке мощнейшее оборудование: прокатные станы, дрессировочные станы, термическое и травильное отделения, не пострадал и не прекратил работу. В течение первых нескольких дней была разобрана основная часть завалов, работа по их устранению велась в непрерывном режиме. 8 декабря все завалы были расчищены, в рабочем режиме начала работу травильная линия #2, технологический персонал, ранее задействованный на восстановительных работах, приступил к исполнению своих прямых обязанностей.

— Какая помощь будет оказана семьям погибших?

— ММК взял на себя организацию похорон и все связанные с этим затраты. Принято решение о материальных выплатах семьям погибших. Каждая семья получит единовременное пособие в размере 500 тысяч рублей из средств ММК и еще 100 тысяч рублей от администрации Челябинской области. Так как все работники комбината застрахованы, родственники погибших в результате аварии получат страховые выплаты. Размеры страховых выплат зависят от уровня заработной платы погибших и количества наследников. Несовершеннолетние дети будут получать от комбината ежемесячное пособие в размере восьми тысяч рублей, кроме того, будет действовать программа их социальной поддержки до совершеннолетнего возраста. Если они после наступления совершеннолетия продолжат учебу, то право на пособие сохранится за ними до окончания учебного заведения. Причем эта сумма будет пересматриваться с учетом инфляции. Согласно законодательству об обязательном социальном страховании, из государственного Фонда социального страхования на этих детей также будут осуществлены выплаты.

— Ощущаете ли вы негативное отношение в городе к руководству ММК после пожара?

— Никакого негатива нет и быть не может. Город и комбинат тесно связаны. Так сложилось исторически: когда ММК только начал строиться, следом вокруг комбината стал расти город металлургов. Сегодня Магнитогорский металлургический комбинат обеспечивает более трех четвертей доходной части городского бюджета. Из чуть более 400 тысяч жителей города около 60 тысяч человек непосредственно работают на ММК или дочерних предприятиях. Так что каждая семья магнитогорцев так или иначе связана с ММК: если не работают на комбинате сами, то среди родственников обязательно металлург. Главным праздником города считается День металлурга.

Но все знают, что металлургический комбинат — травмоопасное производство. Именно поэтому на ММК такое серьезное значение уделяется модернизации и обновлению производства, охране труда и технике безопасности, внедрению современных здоровьесберегающих технологий. В 2006 году капитальные вложения комбината составят около $500 млн. Если работники ММК видят преобразования, участвуют в них, то остальные жители, пенсионеры, даже дети слышат о них, обсуждают в семьях. И конечно, все усилия руководства в этом направлении находят поддержку у населения.

Поэтому гибель людей в пятом листопрокатном стала трагедией для всего города. Руководители предприятий, организаций, учебных заведений, частных фирм, простые горожане выражали искренние соболезнования родственникам погибших. Сочувствия выражались и всему коллективу металлургов, ведь металлурги — это как одна семья. Люди искренне выражали желание помочь им материально и физически на разборе завалов.

— По оценкам экспертов, ММК тратит на социальные программы больше других металлургов, а затраты металлургических предприятий на эти цели, как известно, больше средних затрат по другим отраслям. Чем это вызвано и как эти затраты сказываются на бизнесе предприятия?

— ММК - градообразующее предприятие — социальная работа всегда была и остается одним из приоритетных направлений деятельности. Она включает в себя обеспечение льгот и гарантий работникам, поддержку неработающих пенсионеров, инвалидов и малообеспеченных категорий граждан, развитие и содержание объектов социальной сферы, реализацию программ и благотворительных акций, поддержку культурных образовательных, медицинских и спортивных учреждений, развитие инфраструктуры города и региона. Строительство больниц, школ, дорог и жилья, содержание дворцов культуры, санаториев и детских оздоровительных лагерей — все это направлено на улучшение жизни магнитогорцев.

Ежегодные затраты ОАО ММК на социальные программы и поддержание объектов социальной сферы составляют около 700 млн рублей. Вкладывая средства в главное — в человеческий капитал, ММК не получает, конечно, скорой и прямой выгоды. Социальная политика предприятия направлена на сохранение кадрового потенциала компании и положительного микроклимата в коллективе, привлечение молодежи на производство, сохранения стабильности в обществе. Это создает благоприятное социальное окружение, своего рода социальную устойчивость, повышает корпоративную стойкость, что, кстати сказать, свойственно не каждой крупной компании. Таким образом, социальные вложения отражаются на экономической эффективности.

Беседовала ЕКАТЕРИНА ДРАНКИНА

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...