Политбюро устойчивости

Политологи не нашли изменений в ближнем круге Владимира Путина

За последние два года ближний круг президента России Владимира Путина не претерпел изменений. К такому выводу пришли эксперты коммуникационного агентства «Минченко Консалтинг» в очередном докладе из серии «Политбюро 2.0». Элиты сплотились ради сохранения президента на своем посту и готовы «ограниченно конкурировать» за новые источники доходов, однако сохранению статус-кво грозят последствия коронавируса и «экологическая революция» в ЕС, говорится в докладе.

Фото: Александр Скифский, Коммерсантъ  /  купить фото

Фото: Александр Скифский, Коммерсантъ  /  купить фото

Авторы доклада (.pdf) отмечают, что с момента публикации последнего аналогичного исследования состав ближнего круга Владимира Путина остался неизменным: в него входят

секретарь Совбеза Николай Патрушев, зампред совета Дмитрий Медведев, главы «Ростеха» и «Роснефти» Сергей Чемезов и Игорь Сечин, столичный мэр Сергей Собянин (авторы классифицируют Москву как «корпорацию»), министр обороны Сергей Шойгу и три доверенных бизнесмена, выступающих «операторами инфраструктурных проектов»,— Юрий Ковальчук, Геннадий Тимченко и Аркадий Ротенберг.

Все они сохраняют возможность «эффективной личной коммуникации» с президентом и обладают «накопленным разнообразным набором ресурсов», говорится в докладе.

Анализируя динамику влияния членов «Политбюро 2.0», авторы констатируют, что Игорь Сечин усилил свои позиции за счет запуска проекта «Восток ойл». В 2020 году он не менее четырех раз очно встречался с Владимиром Путиным, что указывает на «эксклюзивный доступ к главе государства». Юрий Ковальчук удерживает лидерство в научно-исследовательском кластере экономики за счет влияния на деятельность РАН (его брат Михаил Ковальчук — член-корреспондент РАН и президент Курчатовского института) и участия в новых проектах фундаментальной науки, Сергей Чемезов остается одним из бенефициаров господдержки цифровизации, а Геннадий Тимченко становится лидером нефтехимического кластера за счет запуска крупнейшего в России нефтеперерабатывающего комплекса холдинга СИБУР в Тобольске. Наконец, Аркадий Ротенберг продолжает доминировать в транспортно-инфраструктурном кластере.

Сергей Шойгу может считаться одним из бенефициаров успеха российской вакцины от коронавируса «Спутник V», поскольку Минобороны принимало непосредственное участие в ее испытании, говорится в докладе. Сергей Собянин укрепил позиции в обновленном Госсовете, войдя в его президиум и большую часть ключевых комиссий, а Николай Патрушев укрепился в качестве лидера силового блока: Совбез получил конституционный статус с задачей защиты «целостности государства», что выражается в усилении давления на внесистемную оппозицию и НКО.

Наиболее противоречивым авторы считают положение Дмитрия Медведева.

Он не вошел в список «Единой России» на выборах в Госдуму, но остался лидером партии, что закрепляет за ним «политическую нишу» в «Политбюро 2.0»: «За Медведевым сохранено неформальное право генерирования наиболее сенситивных и социально одобряемых инициатив партии власти, таких как идея о введении минимального гарантированного дохода и возращения страхования безработицы».

К «перспективным фигурам» составители доклада относят директора СВР Сергея Нарышкина, публичность которого в последнее время возросла, и тульского губернатора Алексея Дюмина, который по-прежнему считается «наиболее доверенным из числа путинских адъютантов». «Потенциал для роста» авторы видят у соратников президента, имеющих репутацию реформаторов,— главы Счетной палаты Алексея Кудрина, председателя правления Сбербанка Германа Грефа и первого заместителя главы администрации президента (АП) Сергея Кириенко. В случае успеха экономических реформ имеет шансы стать полноправным членом «Политбюро 2.0» премьер-министр Михаил Мишустин, говорится в докладе. Устойчивые позиции сохраняют спикеры Совфеда и Госдумы Валентина Матвиенко и Вячеслав Володин, которые, по мнению исследователей, имеют «хорошие шансы» на сохранение своих постов, а также главы «Газпрома» и «Транснефти» Алексей Миллер и Николай Токарев.

Кроме того, Владимир Путин развивает «институт спецпорученцев», замкнутых лично на него, говорится в докладе.

К ним относятся первый вице-премьер Андрей Белоусов (антикризисное регулирование), вице-премьеры Юрий Трутнев (Арктика и Дальний Восток) и Татьяна Голикова (социальный кластер), министр энергетики Александр Новак, заместитель главы АП Дмитрий Козак (внешняя политика), а также гендиректор РФПИ Кирилл Дмитриев (экспорт вакцины). Стабильность «верхнего эшелона» российской элиты, по мнению авторов, продиктована устойчивостью экспорта углеводородных ресурсов, инерцией «посткрымского» внешнеполитического сценария, закреплением «суперпрезидентской модели управления» после изменения Конституции и консолидацией силового блока.

Однако в перспективе устойчивость «Политбюро 2.0» может пошатнуться, предупреждают исследователи. Среди рисков они выделяют: продолжение конфликта с Западом и нестабильность постсоветского пространства, доходящую до прямых военных столкновений; введение в ЕС углеродного налога, который грозит подорвать сырьевые доходы; смену поколенческих когорт во власти и старение лидеров системной оппозиции; проведение думских выборов в условиях коронавируса.

Ротация «Политбюро 2.0», отмечается в докладе, возможна за счет продвижения по бюрократической лестнице (губернаторы-«технократы»), отбора через конкурсы и системы оценивания («Лидеры России»), прямого «наследования» позиций, а также появления «каперов» или «неодворян» из числа силовиков.

По мнению исследователей, несмотря на сплоченность ближнего круга Владимира Путина под внешним и санкционным давлением, перед ним остро встает проблема сохранения статус-кво, в том числе из-за возраста (средний возраст «верхнего эшелона» — 65 лет, «второго эшелона», кандидатов в «Политбюро 2.0» — 61 год).

В связи с этим авторы прогнозируют пять сценариев развития событий. Первый и самый вероятный — стабилизация состава «Политбюро 2.0» на несколько лет за счет применения административного ресурса при распределении доходов в новых секторах экономики и создания укрупненных коалиций. Второй — сценарий «наследственной аристократии», когда формальные правила начнут доминировать над неформальными. Третий — сокращение «верхнего эшелона» власти в случае упрощения структуры экономики, бюрократизация управленческого процесса и переход к формату «Госплан 2.0». Четвертый — перестройка экономики и смещение центров прибыли, которые могут привести к появлению «капитанов новых индустрий» и региональных элит. Наконец, пятый — интеграционый проект на постсоветском пространстве, который предполагает неизбежное расширение «Политбюро 2.0» за счет части элит стран-союзников.

Степень реалистичности этих сценариев зависит от устойчивости к вызовам, считает политолог Михаил Виноградов: «Этих вызовов может быть достаточно — от коронавируса до вызова собственным радикализмом, в том числе во внешней политике, который косвенно показывает, что сбережение статус-кво и существующего порядка вещей не является сверхценностью для радикальной части истеблишмента».

Андрей Прах, Андрей Винокуров

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...