Коротко

Новости

Подробно

5

Фото: Петр Кассин / Коммерсантъ   |  купить фото

«Почему-то меня включили в эту историю»

Девятое заседание по делу «Седьмой студии»: Софья Апфельбаум о письмах Дмитрию Медведеву, субсидиях на «Платформу» и рояле

от

В Мещанском суде возобновились слушания по делу о хищениях в «Седьмой студии». На прошлых четырех заседаниях допрашивали бывшего генпродюсера студии Алексея Малобродского. Он, комментируя свою переписку с другими фигурантами дела, рассказал о расходах и контрактах «Седьмой студии», указал на нестыковки в деле, обвинил следствие в необъективности, а также категорически отверг обвинения в хищении 133 млн руб. На сегодняшнем заседании начался допрос директора РАМТа Софьи Апфельбаум. Ход слушаний — в онлайн-трансляции “Ъ”.


Девятое заседание по делу «Седьмой студии». Главное

На заседании 26 ноября начался допрос Софьи Апфельбаум, на старте проекта «Платформа» она была начальником отдела театрального искусства, а после — директором департамента господдержки искусства и народного творчества Минкультуры РФ.

Апфельбаум рассказала, что режиссер Кирилл Серебренников писал как минимум два письма Дмитрию Медведеву о «Платформе». В первом письме, в 2011 году, режиссер предлагал проект, и получил одобрение, а во втором, в 2013 году, просил не останавливать финансирование.

Серебренников получил одобрение от Медведева, но не знал, как его оформить по документам. Создать АНО «Седьмая студия» Серебренникову посоветовал на ведомственном совещании Сергей Шевчук, который тогда занимал пост директора департамента экономики и финансов Минкульта.

В работу по подготовке к «Платформе» были вовлечены сразу три ведомства — Минкульт, Минфин и Минюст, рассказала на суде Апфельбаум. При этом после долгих переговоров финансовые документы, по которым переводились деньги «Седьмой студии» — исполнителю проекта «Платформа», были приняты в редакции Минюста.

Апфельбаум отвергла обвинение в сговоре с Серебренниковым. Перечисляя многочисленные замечания Минфина и Минкульта о том, как нужно оформлять документы на «Платформу», она сказала: «Если люди о чем-то сговариваются, вступают в преступный сговор, вряд ли они ищут сложные пути».

У правительства не было замечаний к «Платформе», проект оценивался положительно. По словам Апфельбаум, у проверяющих органов не возникало вопросов. «Никаких замечаний от Счетной палаты к нам не поступало»,— сказала она. По ее словам, «Платформу» решил закрыть в 2014 году Владимир Мединский, который сменил на посту министра культуры Александра Авдеева, при котором проект запускался.

Юрий Итин читал лекции Софье Апфельбаум. Это было 20 лет назад, когда Апфельбаум училась в ГИТИСе на продюсерском курсе. На допросе 26 ноября она недоумевала, почему именно ее из министерства решили привлечь к уголовной ответственности. «Итин — главный уличающий фактор»,— считает она. «Ни я, ни мои подчиненные ничего незаконного не делали. Почему-то именно меня в эту историю включили. Наверное, потому что 20 лет назад мне лекции читал Итин»,— заявила суду Апфельбаум.

Руководству «Седьмой студии» было известно, что ничего нельзя приобретать в собственность. На допросе Софья Апфельбаум рассказала, что ей стало известно о намерении «Седьмой студии» приобрести рояль за 5 млн руб. Она узнала у экономистов Минкульта, могут ли руководители проекта купить что-либо в собственность. «Они сказали, что нельзя. Эту их позицию я ретранслировала»,— сказала Апфельбаум.

«Платформа» была недорогим проектом. На допросе 26 ноября режиссер Кирилл Серебренников попросил Апфельбаум оценить затраты на «Платформу». «Это финансирование ниже среднего»: Московское биеннале идет несколько месяцев, затраты на нее — 60-80 млн руб., один год «Платформы» — около 70 млн руб., привела пример Апфельбаум.


16:29. Подошла очередь гособвинения задавать вопросы. Прокурор Олег Лавров просит объявить перерыв на 15 минут, чтобы ознакомиться с некоторыми материалами дела. В то же время адвокат Поверинова говорит, что у Апфельбаум ангина, и просит сегодня прекратить ее допрос. Судья соглашается и закрывает заседание. Следующее заседание в 9:30 29 ноября.

16:26. Апфельбаум рассказывает, что в мае 2014 года к ним пришел запрос от правительства. «Я не знаю, чем вызван этот запрос»,— говорит Апфельбаум.

По ее словам, Минкульт писал ответ на запрос правительства, он был положительный, говорилось, что было много мероприятий.

Апфельбаум говорит, что в деле есть внутренняя правительственная переписка. «Откуда она в деле, я не знаю»,— подчеркивает Апфельбаум.

Речь идет о переписке, где вице-премьер Ольга Голодец пишет о том, чтобы профинансировать «Платформу» отдельной строкой. Апфельбаум говорит, что ей надо было писать ответ, но министр Мединский вдруг поручил написать другое письмо. «Что мы этот проект заканчиваем и мы его финансировать не будем»,— пересказывает Апфельбаум слова нового министра культуры. При этом, говорит Апфельбаум, в министерство пришло письмо из Минфина, в котором говорилось, что выделены деньги на «Платформу» в 2015 году. «Исходя из этого письма Минфина, на проект "Платформа" Министерству культуры выделялись деньги и в 2015, и в 2016 году»,— говорит Апфельбаум.

— Что осталось от «Платформы»? — спрашивает адвокат Поверинова.



— Спектакли, этот рояль. Количества отзывов на проект «Платформа» хватит для того, чтобы сделать несколько толстых журналов,— отвечает Апфельбаум.



16:22. Далее вопросы задает адвокат Поверинова.

— Что можете о проекте сказать в целом?

— Проект был резонансным. В 2014 году были комментарии. У некоторых были вопросы к эстетике этого проекта. Поэтому есть переписка, где я пишу Вороновой, чтобы все было четко. В апреле из Госдумы был запрос от депутата Федорова. Мы писали большой ответ.

16:18. Серебренников спрашивает, насколько большие субсидии были для «Седьмой студии». Апфельбаум отвечает примером: финансирование московского биеннале — 60-80 млн руб., причем проект идет один-два месяца, а не год, как «Платформа».

«Это среднее, даже ниже среднего финансирование»,— характеризует Апфельбаум суммы, которые тратились на «Платформу».

— Какой порядок финансирования московского театра в среднем? — спрашивает Серебренников.

— 100 млн руб. и больше,— отвечает Апфельбаум.

16:12. Рассказывая про отчетность «Платформы», Апфельбаум говорит, что все мероприятия были выполнены. «Другое дело, что у некоторых мероприятий названия были другие»,— уточняет Апфельбаум. «Наверное, это некоторая недоработка. Но простите, это не свидетельствует ни о каком сговоре и ни о каком хищении средств»,— говорит Апфельбаум.

«Я хотела сказать — важная история,— что в августе 2014 года договор на 6 млн руб. я не подписывала. Хотя в обвинительном заключении написано, что я. Что касается финансового отчета, то в 2014 году я уже уволилась из министерства, и в декабре не могла принимать отчет»,— говорит Апфельбаум.

«Изучив материалы дела, я не нашла, что что-то свидетельствуют о причастности к преступлению. Ни я, ни мои подчиненные ничего незаконного не делали. Почему-то именно меня в эту историю включили. Наверное, потому что 20 лет назад мне лекции читал Итин»,— уточняет Апфельбаум.

«Это все, что хотела сказать»,— заканчивает свою речь она.

У Итина и Малобродского к ней вопросов нет.

16:05. — Каким документом АНО «Седьмая студия» было запрещено приобретать имущество? — спрашивает адвокат.

— Я не знаю, каким документом. Когда мои девочки мне сказали, что они хотят приобретать рояль, я спросила у экономистов (Минкульта), они сказали, что нельзя. Эту их позицию я ретранслировала,— отвечает Апфельбаум.

— Что в проекте «Седьмая студия» используются наличные, вы знали?

— Нет, не знала. Сам факт использования наличных — он законный. Другое дело, как они были оформлены.

— На «Платформе» было задействовано большое количество людей?

— Конечно. Действительно, у меня вопросов к этому проекту не было. Директор департамента не может физически проверять все отчеты.

16:01. -— В каких отношениях вы были с Серебренниковым, Итиным, Малобродским? — спрашивает адвокат Поверинова.

— Я знала, что Серебренников известный режиссер, лично знакомы не были. Малобродский — он был директором театра. Таким образом он со мной соприкасался.

Итин — главный уличающий фактор, что 20 лет назад он читал мне лекции в ГИТИСе. Это правда, но было бы странно, чтобы он мне не читал на продюсерском курсе.

Мне сказал Серебренников, что хотел бы, чтобы Итин был гендиректором. Это не вопрос министерства, мы не согласовывали этот момент. Но я знала, что ярославский театр пригласил Итина на работу. Я спросила Итина, как он будет совмещать работу. Он ответил, что не может не помочь Серебренникову, но сосредоточится на работе в Ярославле. Масляеву я видела один или два раза в жизни от силы. Потом она хотела устроиться на работу в РАМТ,— рассказывает Апфельбаум.

15:56. — Кто вам приносил документы? Какой порядок? — спрашивает адвокат Поверинова.

— Документы мне приносили сотрудники отдела. Сначала это была Соколова. Потом она ушла в декретный отпуск. Ее заменила Балашова. Кто конкретно, я не знаю,— говорит Апфельбаум.

После Апфельбаум рассказывает, что ими изучались творческие отчеты. «У себя мы оставляли творческие отчеты, а финансовые передавали в экономический департамент»,— говорит Апфельбаум.

«На какие-то мероприятия я ходила лично. Но не на все. В частности, на тот самый "Сон в летнюю ночь"»,— говорит Апфельбаум.



15:53. — Ваши соглашения кто-то проверял? — спрашивает адвокат Поверинова.

— Счетная палата,— отвечает Апфельбаум.

Она говорит, что в 2012 году СП попросила уточнить отчеты, и в министерстве сказали «Седьмой студии» переделать и дополнить их. Все это было сделано, и Счетная палата была удовлетворена, рассказывает Апфельбаум.

«Никаких замечаний от Счетной палаты к нам не поступало»,— добавляет Апфельбаум.



«Возвращаясь к истории с департаментом экономики, я не знаю, как документы проверялись там. Поэтому фраза, что я вводила в заблуждение, неверна. Я не знала, кто и когда распоряжался переводить деньги»,— говорит Апфельбаум.

15:31. «В течение года я очень много думала об этой ситуации.

Даже если бы мы проверяли первичные документы, мы вряд ли бы поняли, что там что-то не то»,— говорит Апфельбаум.



15:28. «Субсидий было не много, но каждый раз их количество увеличивалось. Ни одно соглашение не предполагало истребование первичных документов»,— говорит Апфельбаум. Она добавляет, что в 2013 году ее департаменту поручили работу с еще одним видом субсидий, которые разыгрывались по конкурсу. «Контроль над этой работой я поручила Махмутовой,— поясняет Апфельбаум.— Именно по этим субсидиям, сказала Махмутова, нужно собирать первичку». Но даже там речь не шла, чтобы их проверять. «Мы в департаменте никогда этим не занимались»,— говорит она.

15:23. Апфельбаум подчеркивает, что промежуточные соглашения о субсидиях содержали сокращенную форму финансовых отчетов. «Вопреки утверждению обвинения, со стороны министерства они даже не подписывались»,— говорит она.

«Для меня было шоком, когда следствие начало говорить, что наш департамент должен был проверять первичные документы»,— рассказывает Апфельбаум о договорах, которые заключала «Седьмая студия».



15:21. «Мы остановились на форме акта сдачи-приемки»,— напоминает Апфельбаум и продолжает рассказ после перерыва.

15:10. Апфельбаум попросила перерыв на 5 минут. Судья согласилась.

15:09. Саму форму госконтрактов давал правовой департамент. С осени 2012 года все сметы проходили через департамент контроля и кадров. «Как такового финансового отчета к госконтракту не было,— отмечает Апфельбаум. — Там акт сдачи-приемки, в который интегрированы все виды работ». По ее словам, такую форму акта сдачи-приемки представил правовой департамент. После подписания промежуточных актов они направлялись в департамент экономики и финансов, рассказывает Апфельбаум.

— Как проводилась оплата? — спрашивает адвокат Поверинова.

— Мне об этом стало известно только из материалов дела. Я не только не подписывала никаких документов, у меня даже права писать в бухгалтерию не было,— отвечает Апфельбаум.

Она добавляет, что акты подписывали несколько человек.

15:05. «В августе 2011 года заместитель Шалашова, Александр Волков, уволился из Министерства культуры. Доверенность на Волкова была передана мне. Я подписала этот госконтракт, поскольку он полностью соответствовал закону»,— продолжает рассказ Апфельбаум, уточнив, что Шалашов был в отпуске. «Позже, через 10 дней, я подписала промежуточный акт на 3 млн руб.»,— говорит Апфельбаум.

В Минкульте существовало негласное правило, что первый платеж по госконтракту не должен превышать 30%, поэтому и 3 млн, хотя к тому времени «Седьмая студия» потратила больше денег, уточняет Апфельбаум.

Прокуроры внимательно слушают рассказ Апфельбаум.

14:56. Апфельбаум рассказывает, что в Минкульте есть два типа проектов:

- Когда по заказу ведомства проводится мероприятие (например, Дни культуры) — такой лот выставляется на конкурсе. Это первый тип проектов, но их очень мало.

- Основная масса проектов — авторские, второй тип. Их отбирают эксперты, добавляет Апфельбаум.

«Я вообще не объявляла этот конкурс, не имела к нему отношения»,— говорит Апфельбаум. Она уточняет, что никакого нарушения в технических заданиях не было. «Я настаиваю, что конкурсная документация не делалась под АНО "Седьмая студия", потому что к тому времени, как она была опубликована, АНО "Седьмая студия" не было зарегистрировано»,— говорит Апфельбаум.

«Мы не ожидали, что "Седьмая студия" на этот проект выйдет. Мы думали, что Серебренников обратится к какой-то организации, которая выйдет от него»,— говорит Апфельбаум.



Никто не выходил на конкурс, кроме "Седьмой студии", ФАС не предъявляла претензий, говорит Апфельбаум. «Все остальные действия, которые мне вменяются — публикация на сайте и так далее, я этого всего не делала»,— утверждает Апфельбаум.

14:50. Конкурсная документация была передана специальной организации — она проверяла, соответствует ли документация закону. «Даже если бы в ней было незаконное требование, то она не была бы размещена»,— говорит Апфельбаум. Специализированная организация — ее статус определен по закону, то есть конкурс может проводить сам организатор или спецорганизация от имени организатора, поясняет Апфельбаум. «Очень странно, что следствие решило не обращать на это внимание»,— говорит Апфельбаум. Она отмечает, что эта документация была подписана директором департамента Шалашовым. Апфельбаум говорит, что ей непонятно, почему именно ее пытаются привлечь к ответственности.

14:49. «Речь идет о том, что я поручила Соколовой (Евгения Соколова, сотрудница Минкульта.—“Ъ”) включить преимущественные условия победы в торгах»,— пересказывает обвинительное заключение Апфельбаум. И сразу добавляет, что она не участвовала в подготовке конкурса.

«Мне предъявляется серьезное обвинение, но на следствии меня даже про это не спросили. Был очень короткий разговор. Тем не менее, меня обвиняют в ужасных вещах»,— говорит Апфельбаум.



14:41. На этом Апфельбаум закончила рассказ о подготовке распоряжения правительства по «Платформе». Теперь она рассказывает, как объявлялся конкурс на «Платформу» в 2011 году.

14:40. По словам Апфельбаум, проект постановления по «Платформе» — самый сложный в ее практике, он делался девять месяцев. «Почему в 2011 году было выделено финансирование в рамках госконтракта? Было совещание, на нем Шевчук сказал, что субсидии будут только в 2012 году. Шалашов и Шевчук объяснили Серебренникову, что в 2011 году могут перечислить деньги через конкурс. Далее говорилось, какая нужна сумма (10 млн руб.). В нашем департаменте таких денег не было. Тогда Шевчук сказал, что нужно обратиться к министру, и сумма может быть найдена»,— рассказывает Апфельбаум. По ее словам, в начале мая Шалашов рассказал о ситуации министру культуры Авдееву. Далее была служебная записка, в которой Шевчуку поручалось изыскать 10 млн руб. «Это была непростая работа»,— говорит Апфельбаум.

14:38. Апфельбаум рассказывает, что над постановлением также работал департамент экономики и финансов Минкульта, и читает служебную записку. В ней приводится перечень проектов, которые требуют дополнительного финансирования — в том числе «Платформа». Апфельбаум уточняет, что именно департамент экономики и финансов предложил Минфину сделать статью под «Платформу». «Таким образом проходила работа»,— говорит Апфельбаум.

14:26. Апфельбаум рассказывает, что они долго не могли договориться с Минфином, как правильно выделять деньги «Седьмой студии». «Если бы правила предоставления субсидии были приняты в этой редакции, то <...> было бы меньше вопросов. Минфин данную редакцию не согласовал и дал ответ. <...> Они пишут, что многие пункты надо объединить в один. Минфин считает, что вообще в постановлении не должны быть виды расходов, а должны быть целевые направления расходования средств»,— рассказывает Апфельбаум. В итоге, по словам Апфельбаум, они договорились с Минфином, но вдруг неожиданную позицию занял Минюст.

«Если Минюст не согласовывает, надо отправлять в правительство с отрицательным заключением, либо делать так, как говорит Минюст <...> В итоге документ был принят в редакции Минюста. В нем говорилось, что субсидию получает авторский проект»,— говорит Апфельбаум.

«Никто этого не мог предполагать. Если люди о чем-то сговариваются, вступают в преступный сговор, вряд ли они ищут сложные пути. В мае месяце мы получили отказное письмо от Минфина»,— добавляет Апфельбаум.



14:12. Подсудимых пригласили в зал для возобновления заседания. Как только они пришли и расселись выяснилось, что нет прокуроров. Они появились через несколько минут, продолжился допрос Апфельбаум.

13:39. Адвокат Поверинова просит перерыв. Судья объявляет перерыв до 14:00.

13:38. «Нами было направлено 44 документа. Мы шесть раз направляли документы в Министерство финансов»,— рассказывает про работу над «Платформой» Апфельбаум.

«На конечной стадии Министерство финансов правило само себя. Но нам удалось согласовать этот документ. Было согласительное совещание, когда ведомства не могут прийти к единому мнению. Если они не договариваются, делается протокол разногласия. Но он не потребовался. Нам удалось достигнуть договоренностей с Минфином. 3 ноября Минфин согласовал нам этот проект»,— рассказывает Апфельбаум.

13:36. По словам Апфельбаум, документ много раз менялся.

«Переписка следствием не систематизирована, много повторов, мало что можно из нее понять»,— говорит Апфельбаум.



13:34. Апфельбаум говорит, что президенту Медведеву от правительства (скорее всего, от Жукова) должны быть как минимум три доклада, но в деле их нет. «Это странно»,— говорит Апфельбаум. По итогам рассмотрения двух докладов Жуков направил поручения: в Минкульт (Авдееву), в Минфин (Кудрину), в Минюст (Коновалову). «Я не видела таких четких и прямых формулировок от правительства. Жуков пишет: "Прошу <...> предусмотреть бюджетные ассигнования на проведение <...> «Платформы»"»,— рассказывает Апфельбаум. «Ни такой формулировки, ни такого поручения я, прошу прощения, пролоббировать не могла»,— добавляет она.

«То, что в обвинительном заключении педалируется, что то или иное письмо подготовлено Апфельбаум, это преувеличение. <...> На данном этапе мы ни о чем с Серебернниковым не могли договориться. <...> Мы совершенно не понимали, какой в итоге будет документ, что из этого получится»,— рассказывает Апфельбаум.



13:31. Апфельбаум продолжает свой рассказ: дальше Серебренников сказал, что будет делать АНО «Седьмая студия». После правительство запросило дополнительный доклад. «20 апреля мне позвонила сотрудница аппарата Клименко. Сказала, что недостаточно информации. Правительство просит больше информации,— пересказывает звонок из правительства Апфельбаум. Она говорит, что писала Малобродскому, чтобы было понятно, по каким направлениям и какие суммы пойдут. Был подготовлен еще один доклад: в нем говорилось, что ежегодный объем средств на «Платформу» 70 млн руб., что в 2011 году 10 млн руб. будут изысканы из «лимитов министерства». По словам Апфельбаум, правительство просило прописать, что авторство проекта принадлежит Серебренникову.

13:28. Потом был написан доклад в правительство. Доклад от 14 апреля 2011 года на имя Жукова. В докладе говорилось, что в связи с некоммерческим характером проекта «Платформа» «предлагается выделить целевую субсидию, начиная с 2012 года». В 2011 году Минкульт изыщет деньги на поддержание «Платформы», говорилось в докладе, который читает Апфельбаум.

«Когда Шевчук рассказывал о субсидии, он сказал, что данная форма для НКО»,— уточняет Апфельбаум. По словам директора РАМТа, он рассказал, что есть разные формы НКО, перечислил их. Шевчук и Серебренников сошлись во мнении, что нужно создавать автономную некоммерческую организацию.

«На этом предполагаемый сговор закончился,— в шутку говорит Апфельбаум.— Никто ничего больше не говорил».



12:59. Апфельбаум рассказывает о совещании в Министерстве культуры, которое проводил Алексей Шалашов. На мероприятии был Сергей Шевчук (директор департамента экономики и финансов Минкульта, его Серебренников во время своего допроса окрестил как «мужчину в сером пиджаке»), Апфельбаум, Серебренников и еще несколько человек. По словам Апфельбаум, на совещании основным вопросом была форма поддержки.

«Речь шла о том, что Минкульт не может гарантировать денег Серебренникову. <...> Для авторских проектов Минкульт вынужден объявлять тендерные процедуры. Это и было сказано Серебренникову. На это он сказал, что это не очень подходит <...>»,— рассказывает Апфельбаум.



Были очень сжатые сроки, надо было в течение 10 дней написать доклад в правительство, но и предлагать было нечего, поскольку конкурсная процедура не очень подходила для «Платформы», продолжает Апфельбаум. «Шевчук рассказал нам всем, что существует такая форма как субсидия, она не предполагает такой конкурсной процедуры и носит адресный характер. Ни Шалашов, ни я про такую форму не знали»,— говорит она.

12:51. Апфельбаум говорит, что у нее не было никаких распорядительных функций, не было доверенности на подписание документов и она не утверждала конкурсную документацию.

По ее словам, максимум, что она могла делать,— это писать письма. Все решения принимались директором департамента — Алексеем Шалашовым. Доверенность на подписание документов была дана ей позднее, в сентябре 2011 года. В марте и апреле 2011 года у нее такой возможности не было.

«Я не могла быть уверена, что мне дадут доверенности. И, конечно, ни о чем договориться с Серебренниковым не могла. В обвинительном заключении говорится, что я могла договориться с Серебренниковым с мая по июнь 2011 года. Я не могла, у меня не было таких полномочий»,— говорит Апфельбаум.

12:45. Апфельбаум говорит, что, когда документ поступил в Министерство культуры, он был расписан лично министром для его заместителей, а ответственным был назначен Алексей Шалашов. «Прошу рассмотреть и подготовить предложения для правительства»,— такую резолюцию дал министр Авдеев, по словам Апфельбаум. При этом, уточняет она, Авдеев кроме традиционной и обычной подписи «Прошу рассмотреть и подготовить» вписал фразу «Вместе с Серебренниковым».

12:40. Апфельбаум читает письмо Серебренникова к Медведеву. В нем режиссер пишет, что проект продумывался несколько лет.

«"Платформа" мыслится как новая, экспериментальная площадка,— пишет Серебренников президенту. — Это проект для тех людей, которым принадлежит будущее России <...> Этой идее нужна государственная поддержка. <...> Предполагаемый бюджет — 76 млн руб.»



Апфельбаум говорит, что к письму прилагалась презентация и возможные мероприятия для первого сезона. Президент перенаправил это письмо по двум адресам: министру культуры Авдееву и правительству в целом.

«Сложно заподозрить Дмитрия Анатольевича Медведева в незнании регламента, он сделал это сознательно»,— говорит Апфельбаум.

По ее словам, такое поручение и министру, и правительству было дано для того, чтобы могли привлекаться другие министерства для выполнения работы. Этот документ поступил к Апфельбаум в двух видах — из администрации президента и из правительства (из правительства — от Александра Жукова, который тогда был вице-премьером).

12:32. Апфельбаум говорит, что ее работу можно разбить на три блока: совещание о «Платформе», подготовка госконтракта, отчеты. Она уточняет, что ни ей, ни ее департаменту не было известно о встрече с президентом Дмитрием Медведевым по поводу «Платформы». «Я о ней узнала из телевизионных новостей. Я глядела новости, чтобы понимать, кто на этой встрече будет»,— рассказывает Апфельбаум. Она говорит, что после этой встречи была сделана стенограмма, опубликованная на сайте президента. По стенограмме сотрудники администрации президента дают поручения, уточняет директор РАМТа. Одно из таких поручений — от 5 апреля 2011 года. В нем речь идет о поддержке современного искусства, но проекта «Платформа» там нет. Его не было, поскольку поручение пошло отдельно и пошло раньше, уточняет Апфельбаум.

«Я не могу ответить, почему это поручение было отдельно. Наверное, на этот вопрос могут ответить сотрудники администрации (президента.—“Ъ”),— говорит Апфельбаум.



12:24. Судья Аккуратова закончила читать материалы. Адвокат Поверинова просит сделать перерыв. Подсудимая Апфельбаум говорит, что она сейчас начнет, а потом «прервемся на обед». Все соглашаются. К кафедре выходит Апфельбаум и начинает рассказывать о своей работе с «Седьмой студией».

12:22. Госконтракт на 10 млн руб. в 2011 году заключали Апфельбаум со стороны министерства и Итин со стороны «Седьмой студии», следует из переписки, которую читает судья. При этом документ о предоставлении субсидии на 70 млн руб. в 2012 году заключали Алексей Шалашов, глава одного из департаментов Минкульта, с одной стороны и Серебренников, как представитель «Седьмой студии» — с другой. Соглашение о субсидии в 2013 году заключено между Апфельбаум со стороны министерства и Серебренниковым со стороны «Седьмой студии».

12:07. Вновь читается переписка о финансировании «Платформы». Как следует из материалов, Министерство финансов предлагало закладывать деньги на проект «отдельной строкой бюджетной классификации».

11:52. Во время изучения материалов дела судья Аккуратова зачитала несколько писем, из которых следует, что замечаний по исполнению проекта «Платформа» в правительстве не было.

11:47. Изучается письмо вице-премьера Ольги Голодец о финансировании «Платформы» на 2015-й, 2016-й и 2017-й годы. «Изучить, подготовить предложения»,— ставит резолюцию на письме бывший министр культуры Авдеев, читает судья Аккуратова.

11:43. Судья Аккуратова закончила оглашать материалы из одного тома и взяла второй.

Судья читает письмо из министерства финансов. В нем говорится, что «замечаний по проекту "Платформа" не имеется».

Затем зачитывается письмо Минкульта о том, что в 2011 году средства на «Платформу» не были предусмотрены, предлагается изыскать деньги из резервов ведомства. В 2012 году и далее, говорится в письме, деньги на «Платформу» будут выделяться в виде субсидий. Затем читается письмо из Минфина о проведение в министерстве совещания о предоставлении субсидии «Седьмой студии» для реализации «Платформы».

11:25. Зачитывается переписка о том, что на 2011 год выдать субсидию для запуска «Платформы» нельзя, поскольку это запрещает законодательство. В связи с этим в письме предлагается рассмотреть другой способ получения денег. Далее упоминается письмо Серебренникова к бывшему министру культуры Александру Авдееву, но его содержание не приводится. Потом еще одно письмо — Серебренникова к Медведеву. В нем режиссер просит выделить на «Платформу» порядка 76 млн руб. в 2011--2012 годах.

11:13. Когда судья зачитала тему письма, поднялся адвокат Серебренникова Дмитрий Харитонов и попросил обратить внимание, что правительство, как следует из письма, намеревалось финансировать «Платформу» в 2015–2016 годах, но затем от этого отказались. На одном из первых заседаний Серебренников говорил, что давать деньги на «Платформу» и в целом поддерживать современное искусство отказался новый министр культуры Мединский.

11:13. Судья Аккуратова называет документы по «Платформе», которые подписывала Апфельбаум, когда курировала проект «Седьмой студии» в Министерстве культуры. Среди оглашенных бумаг — письмо вице-премьеру Ольге Голодец о финансировании «Платформы» в 2015—2016 годах.

10:51. Судья Аккуратова между тем по просьбе адвоката Повериновой читает материалы дела, на которые Апфельбаум намерена ссылаться во время своего допроса.

10:50. Режиссер Кирилл Серебренников, как и на прошлом заседании, сидит в толстовке. Снимать ее не собирается.

Интерес к футболкам Серебренникова у слушателей, кажется, пропал:

раньше к нему подходили и спрашивали, какую футболку он надел сегодня и что это значит, теперь его об этом не спрашивают.

10:46. На этом допрос Малобродского закончен. Далее начинает допрос Софьи Апфельбаум. Она говорит, что сначала расскажет, как все было, а потом ей зададут вопросы.

10:36. «Одним из контрагентов ''Седьмой студии'' был ИП Синельников»,— зачитывает показания Малобродского судья Аккуратова.— Моя заработанная плата, насколько я помню, составляла 45 тысяч рублей. Чтобы реализовать музыкальный проект, нужен был хороший инструмент, аренда была нецелесообразна».

Рояль по договору хранения отправили в «Гоголь-центр» после завершения «Платформы», рассказывал Малобродский. Следствию он также сказал, что ему не было известно об обналичивании денег через контрагентов «Седьмой студии», читает судья. При этом Малобродский сказал следствию, что расплачивался с некоторыми артистами наличными.

10:36. Стоявшему у кафедры Малобродскому разрешили вернуться на место.

Судья зачитывает показания бывшего генерального продюсера «Седьмой студии».

Перечисляются места его работы до трудоустройства в студию. Как следует из показаний Малобродского следствию, в подготовке госконтракта для «Седьмой студии» он не участвовал, в середине 2012 года ушел в «Гоголь-центр», где работал до марта 2015 года. Подписывал срочные договоры, говорил Малобродский следствию.

10:23. Судья Аккуратова начинает заседание. Она говорит, что продолжается допрос Малобродского.

Поднимается прокурор Игнатова и просит огласить показания Малобродского, поскольку «имеются противоречия».

Прокурор пояснила, что в показаниях Малобродский говорил, что у него была зарплата 45 тыс. руб., а на допросе назвал другую сумму. Также, говорит прокурор, нужно прояснить характер сотрудничества Малобродского и Синельникова.

Бывший генеральный продюсер «Седьмой студии» Алексей Малобродский

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ

10:12. Из зала выходит помощница судьи, спрашивает, не пришли ли представители Минкультуры, потерпевшая сторона в деле. Адвокат Поверинова говорит, что пока «не было видно».

10:09. Все подсудимые и их адвокаты в сборе. Ждут, когда пригласят в зал.

«Сонь, ну, ты короче не теряйся»,— говорит адвокат Харитонов подсудимой Апфельбаум.

До этого они около 5 минут обсуждали предстоящий допрос директора РАМТа.

9:57. В суде появились Малобродский и Серебренников.

Режиссер, худрук «Гоголь-центра» Кирилл Серебренников

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ

9:52. За 10 минут до начала заседания пришел Юрий Итин. Чуть ранее на этаже появился его адвокат Юрий Лысенко. Нет пока Малобродского и Серебренникова.

Бывший гендиректор «Седьмой студии» Юрий Итин

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ

9:39. Для Апфельбаум сегодня особенный день. На заседании 26 ноября, как ожидается, начнется ее допрос. На прошлых заседаниях допросили режиссера Кирилла Серебренникова и бывшего генпродюсера «Седьмой студии» Алексея Малобродского. Единственный из четырех подсудимых, кто отказался от допроса в начале процесса — бывший директор студии Юрий Итин.

Директор РАМТа Софья Апфельбаум

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ

9:37. Девятое заседание по делу «Седьмой студии» в Мещанском районном суде назначено на 10:00. За полчаса до начала к 433 залу подошли подсудимая Софья Апфельбаум и ее адвокат Ирина Поверинова. Они оставили вещи в огороженной судебными приставами зоне у дверей зала и спустились в столовую на первый этаж. Апфельбаум и Поверинова пришли не только первыми из подсудимых, они оказались чуть ли не единственными на четвертом этаже, кроме них — только трое судебных приставов и трое журналистов.


Первое заседание: болезнь адвоката фигуранта дела Алексея Малобродского и перенос заседания.

Второе заседание: оглашение обвинительного заключения, допрос Кирилла Серебренникова.

Третье заседание: прерванный допрос Кирилла Серебренникова и проверка представителя Минкульта.

Четвертое заседание: Кирилл Серебренников об аудите, документах и расходах проекта.

Пятое заседание: Малобродский заявил о подтасовке доказательств и подделке своей подписи.

Шестое заседание: судья весь день читала переписку Алексея Малобродского.

Седьмое заседание: Алексей Малобродский весь день комментировал свои письма.

Восьмое заседание: завершен допрос Алексея Малобродского.

Фигурантами по делу проходят пять человек. Среди них — режиссер Кирилл Серебренников, директор Российского академического молодежного театра (РАМТ) Софья Апфельбаум, бывший директор «Гоголь-центра» Алексей Малобродский, экс-гендиректор «Седьмой студии» Юрий Итин и продюсер Екатерина Воронова (находится в международном розыске). Их обвиняют в хищении не менее 133 млн руб., выделенных на проект «Платформа» с 2011 года по 2014 годы. Все фигуранты отрицают вину.

Роман Дорофеев, Алина Сабитова, Анна Токарева


Материалы по теме:

Комментарии

Рекомендуем

наглядно

обсуждение

Профиль пользователя