Коротко


Подробно

Фото: Петр Кассин / Коммерсантъ   |  купить фото

Допрос Зиявудина Магомедова

Стенограмма из зала суда от 31 марта

30 марта совладельцы группы «Сумма» Зиявудин и Магомед Магомедовы, а также экс-глава компании «Интэкс» Артур Максидов были задержаны по делу о растрате и хищениях на общую сумму не менее 2,5 млрд руб. бюджетных средств. Также они подозреваются в создании организованного преступного сообщества (ОПС). 31 марта суд арестовал братьев Магомедовых и Артура Максидова на два месяца, до 30 мая. “Ъ” публикует полный текст допроса Зиявудина Магомедова в суде.


Аудиозапись допроса:

(Судья Мария Сизинцева)

— Подсудимый, встаньте, пожалуйста, назовите имя отчество.

(Подозреваемый совладелец группы «Сумма» миллаирдер Зиявудин Магомедов)

— Магомедов Зиявудин Гаджиевич.

— Число, месяц, год рождения?

— 25 сентября 1968 года.

— Место рождения?

— Город Махачкала.

— Гражданство?

— Россия.

— Образование?

— Высшее.

— Семейное положение, дети есть на иждивении несовершеннолетние?

— Разведен. Двое детей.

— Каких годов рождения?

— 2008 и 2013.

— Официально вы трудоустроены?

— Да. Я работаю председателем совета директоров группы «Сумма».

— Зарегистрированы вы по какому адресу?

— Город Москва, Коробейников переулок, д. 1, кв. 14.

— Ранее судимы?

— Нет.

— Суд разъясняет ваши права, предусмотренные ст. 46 Уголовно-процессуального кодекса РФ, согласно которой вы вправе знакомиться с материалами, представленными в судебное заседание, делать выписки и копии, заявлять ходатайства, предоставлять доказательства, участвовать исследовании доказательств, знакомиться с протоколом судебного заседания и приносить на него свои замечания, обжаловать принятые судом решения <...> Кроме того, вам разъясняется статья 51 Конституции РФ, согласно которой никто не обязан свидетельствовать против самого себя, своего супруга, своих близких родственников. Вам понятны ваши права?

— Да.

— Ходатайства будут у сторон на данной стадии судебного разбирательства?

(Адвокат Мария Белявская)

— Да, ваша честь. Мой подзащитный Магомедов не знаком с материалами, представленными следствием для избрания меры пресечения, и просит у суда возможность ознакомиться с таковыми путем личного прочтения.

(Судья Мария Сизинцева)

— Пожалуйста, Магомедов, вам необходимо время для ознакомления с материалами дела?

— Да.

— Сколько времени вам необходимо?

— 15 минут.

Объявляется перерыв.

Часть 2. После перерыва.


(Адвокат Александр Вершинин)

— Поскольку защита планирует в судебное заседание представлять документы, относящиеся к личной частной жизни нашего подзащитного, в том числе по его состоянию здоровья, защита ходатайствует о рассмотрении данного дела в закрытом судебном заседании на основании пункта 1 части 2 статьи 241 УПК. Поскольку в судебном заседании в таком случае будут разглашены сведения, относящиеся к состояния здоровья нашего подзащитного, кроме того его персональные данные, сведения об имуществе, семейном положении и месте жительства, поэтому защита полагает для того, чтобы сведения, которые относятся к охраняемой законом тайне не были разглашены, попросим рассмотреть ходатайство о закрытом судебном заседании.

(Судья Мария Сизинцева)

— Солидарная позиция со стороны защиты?

(Адвокаты Мария Белявская и Наталья Сидоренко)

— Поддерживаем.

— Подозреваемый тоже поддерживает?

(Зиявудин Магомедов)

— Да, я поддерживаю.

— Пожалуйста, мнение прокурора.

(Прокурор)

— Считаю возможным в открытом судебном заседании.

— Пожалуйста, мнение следователя.

(Следователь Николай Будило)

— На усмотрение суда.

— Суд постановил. В удовлетворении ходатайства отказать, рассмотреть настоящее ходатайство в открытом судебном заседании. Еще ходатайства будут?

(Адвокат Мария Белявская)

— Будет ходатайство. Я просила бы приобщить к материалам дела копии указов президента РФ о поощрениях Магомедова. Указ о награждении его орденом дружбы с удостоверением соответствующим, личная благодарность Владимира Владимировича Путина за организацию финансирования Паралимпийских Зимних игр 2014 года, а также ряд благодарственных писем от мэра Москвы Собянина.

— Еще какие ходатайства будут со стороны защиты?

— Да, я бы хотела еще вставить для обозрения в суд справку о состоянии здоровья, из которой следует, что у него наличествует заболевание, требующее оперативного вмешательства, и сообщаю суду о том, что эта операция должна была быть проведена на следующей неделе.

— Суд постановил удовлетворить ходатайство.

(Далее судья Сизинцева зачитывает поступившее в суд ходатайство следствия)

«В Тверской суд города Москвы поступило ходатайство следователя об избрании меры заключения под стражу в отношении Магомедова. В данном ходатайстве указаны обстоятельства возбуждения уголовного дела <...> Изложены обстоятельства о возбуждении уголовного дела по расследованию данного уголовного дела. Указано на то, что в настоящее время Магомедов подозревается в преступлении, предусмотренном статьями 210, 159 и 160 Уголовного кодекса Российской Федерации. Задержан 30 марта 2018 года по подозрению в совершении указанных преступлений. Следствием также указано, что данное уголовное дело представляет собой особую сложность в связи с участием в преступных действиях значительного количества физических на территории различных субъектов Российской Федерации на протяжении длительного периода времени, в том числе и в зарубежных странах. Кроме того, указано на то, что имеется большой объем финансовых документов, подлежащих изучению <...>. Также необходимо провести большое количество следственных действий, оперативно-разыскных мероприятий.

Следствие считает, что имеет достаточно оснований в отношении подозреваемого Магомедова для меры пресечения в виде заключения под стражу. Он подозревается в совершении умышленного корыстного преступления, организованного и совершенного с участием лиц, <...> оно (преступление.— “Ъ”) отнесено законом к категории особо тяжкого и предусматривает наказание на срок свыше десяти лет лишения свободы. Кроме того, указано, что он является организатором преступного сообщества, имеет доступ к похищенным денежным средствам, может принять меры по дальнейшему их выводу за пределы Российской Федерации, а также воспрепятствовать возмещению причиненному ущербу Российской Федерации. Сумма похищенных средств превышает 2,5 млрд руб.

Местонахождение данных денежных средств в настоящее время не установлено. В том числе Магомедов располагает возможностью через неустановленных участников направлять части денежных средств на подкуп свидетелей уголовного производства с целью противодействия следствию. Ряд свидетелей по делу являются подчиненными, сотрудниками Магомедова. Он располагает их персональными данными, сведениями об их личной жизни, которые также могут быть использованы в целях оказания на них давления и воздействия. Кроме того, организаторы преступного сообщества располагают незарегистрированным оружием и боеприпасами. Охрану и защиту интересов, организованную в сообществе осуществляет значительно число вооруженных сотрудников обществ с ограниченной ответственностью, как бойцовский клуб, имеющие социальные навыки и боевой опыт, что существенно затрудняет производство ряда действий.

Также указано о том, что избрание меры пресечение не связаное с заключением под стражу в отношении Магомедова следствие считает невозможным. Постольку за пределами Российской Федерации он имеет недвижимое имущество и иные условия для постоянного проживания. Кроме того, осуществлял неоднократные выезды за границу, используя личный авиатранспорт, находящийся в его распоряжении в постоянной готовности. Имеются сведения о том, что накануне задержания был забронирован рейс и подготовлен к вылету по направлению Москва—Майами.

Также установлено, что основная часть денежных средств, похищенных преступным лицом, находится за пределами территории Российской Федерации, на банковских счетах и подконтрольных, в том числе Магомедову, офшорных компаний.

В том числе указано о том, что имеет связи в криминальной среде и политических кругах. Будет оказывать давление на свидетелей с целью угрозы, расправы в отношении свидетелей и близких родственников. Проверяется причастность к совершению иных преступлений Магомедова. Проводятся оперативно-разыскные мероприятия, направленные на привлечение к уголовной ответственности неустановленных соучастников. Таким образом, следствие считает, что нет оснований для избрания в отношении подозреваемого Магомедова меры пресечения в виде не заключения под стражу. Пожалуйста, следствие поддерживаете требования ходатайства?»

(Следователь Николай Будило)

— Да, ваша честь.

— Что хотите дополнить?

— Ваша честь, я хотел бы дополнить, что в настоящее время к уголовной ответственности по уголовному делу привлечено несколько обвиняемых, ряд обвиняемых скрывается.

— Сколько в розыске находится?

— Двое обвиняемых находятся в розыске. Их местонахождение фактически установлено. Они находятся в Объединенных Арабских Эмиратах. В связи с чем направлен соответствующий запрос о правовой помощи в целях их задержания. Еще двое обвиняемых находятся под стражей. В отношении них мера пресечения арест. Им предъявлены обвинения за совершение преступлений по статье 159 часть 4. Хотел бы, ваша честь, еще подтвердить те доводы, которые изложены данным постановлением. Непосредственно отразить, что дело находится в производстве уже полгода.

Неоднократно проводились следственные действия в отношении работников структурного подразделения группы компании «Сумма». Они свидетельствуют о том, что дача показаний свидетелей, которые находились в непосредственном подчинении подозреваемого, приходили не со своими защитниками, а с защитниками подозреваемого. Каких-либо показания подозреваемые не давали. Однако при повторных допросах с участием непосредственно их защиты они прямо говорили, почему ранее не давали показания в отношении подозреваемого. <...>

Бывший директор «ГлобалЭлектроСервис» прямо указал, что <...> показания, которые он ранее давал, сделаны из тех рекомендаций, которые дали защитники, которые представляют интересы Магомедова. С учетом вышеизложенного, ваша честь, хочу поддержать возможность ходатайства и избрать в отношении подозреваемого Магомедова меру пресечения в виде заключения под стражу.

— Присаживайтесь. Мнение прокурора.

(Прокурор)

— Уважаемый суд, ходатайство об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу подозреваемого Магомедова прошу удовлетворить. Также хотелось бы отметить, что в производстве Следственного департамента МВД России находится уголовное дело, с которым в одном производстве объединены семь уголовных дел. <...>

Магомедовым оказывались попытки воздействия на свидетелей по делу <...>. В настоящий момент по делу исследуется большой объем событий, связанных с хищением денежных средств в особо крупном размере. Местонахождение денежных средств не установлено.

Денежные средства вывезены за пределы Российской Федерации, находятся на счетах оффшорных компаний, подконтрольных Магомедову. Инкриминированные Магомедову деяния характеризуются повышенной опасностью, так как направлены не только против собственности — непосредственно хищение денежных средств,— но и также общественной безопасности. С учетом изложенного, прошу заявленное ходатайство удовлетворить.

— Присаживайтесь.

Далее судья исследует письменные документы, приложенные к ходатайству следствия. Это различные постановления, рапорты, протоколы, справки и выписки.

— Дополнения к вновь исследованным документам будут?

Дополнений у сторон не оказалось. В связи с этим судья просит адвокатов высказаться о ходатайстве следствия об аресте господина Магомедова.

(Адвокат Александр Вершинин)

— Полагаю, что ходатайство следователя удовлетворению не подлежит, поскольку оно не отвечает требованиям УПК и постановлению пленумов Верховного суда №41 от 2013 года и №12 от 10 июня 2016 года. В соответствии с постановлением пленума №41 Верховного суда, которое регулирует вопросы избрания меры пресечения в виде содержания под стражей, <...> в редакции от 26 мая 2016 года, суду в первую очередь надлежит проверить законность и обоснованность причастности подозреваемого к преступлениям. Ваша честь, обратите, пожалуйста, внимание на то, что в протоколе задержания подозреваемого и в протоколе допроса подозреваемого указано, что он подозревается в совершении одного преступления, предусмотренного частью 1 статьи 210. В совершение иных преступлений наш подзащитный не подозревается. Раз.

Второй момент — если вы сравните текст ходатайства следователя, то там указано, что подозреваемый Магомедов подозревается в совершении преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 210, частью 4 статьи 159 и частью 4 статьи 160. Следователем, участвующим в судебном заседании, указывалось, что не были установлены лица при возбуждении уголовных дел, копии которых находятся в материале, предусмотренных статьей 159 и 160. Таким образом, причастность Магомедова к совершению преступления, предусмотренного статьей 159 и 160 суду, не представлено, равно как и эти доказательства не были следователем озвучены в судебном заседании. Если мы с вами обратимся к пункту 2 постановления пленума от 2012 года, который регулирует вопросы квалификации преступления, предусмотренного статьей 210, то там говорится о том, что преступное сообщество оно создается не просто так, оно создается для совершения тяжких и особо тяжких преступлений исключительно корыстной направленности. <...>

Пожалуйста, обратите внимание на постановление от 29 марта, <...> там есть пункт, что уголовное дело возбуждено в отношении иных лиц, фамилии которых указаны по части 3 статьи 210. Так вот суду не предоставлено ни одного доказательства о том, что данные лица входили в организованнее преступное сообщество. И не просто входили, но и дали согласие на вступление в данное преступное сообщество, осознавая, что целью данного сообщества является хищение денежных средств путем мошенничества, растраты или для совершения иных тяжких преступлений. Московский городской суд <...> неоднократно обращал внимание и неоднократно даже возвращал дело в порядке статьи 237, указывая судам первой инстанции на то, что такие доказательства должны быть <...>.

Теперь, если вы обратитесь к результатам оперативно-разыскных мероприятий, то они должны соответствовать требованиям не только закона об оперативно-разыскной деятельности <...>, но и статье 89 УПК. Еще я хотел бы обратить внимание суда, если обратиться к материалам, предоставленным сотрудниками ФСБ, управления «К», то они полностью соответствуют инструкции о порядке предоставления, а вот часть материалов, предоставленных Главным управлением по борьбе с экономическими преступлениями МВД — там ряд материалов по постановлению отсутствует: рапорт есть, а постановления нет. Соответственно, эти доказательства суд не может принимать во внимание — нарушен порядок предоставления.

Потом я хотел бы обратить внимание суда на следующее обстоятельство, что результаты оперативно-разыскной деятельности не могут быть положены в основу законного решения суда, поскольку они содержат исключительно личное мнение сотрудников управления «К» ФСБ России и ГУЭБиПК. Других объективных средств и доказательств объективного контроля, в том числе, на которые ссылался уважаемый Николай Николаевич (следователь.— “Ъ”),— это результаты прослушивания телефонных переговоров, суду не предоставлено. Хотя по логике такие результаты должны были быть предоставлены. Ничего не мешало их рассекретить.

То есть защита обращает на это внимание, что все материалы разыскной деятельности, которые находятся у вас на столе — это либо рапорт оперуполномоченных, либо сведения о наведении справок. Ответьте мне, пожалуйста: это что за доказательство такое — наведение справок?

Пожалуйста, у нас есть открытые источники и в данных материалах вам даже представлена незаверенная выписка из «Википедии». Обратите внимание это открытый источник. Что мешало предоставить выписки из ЕГРЮЛ? У следователя <...> дело находится в производстве более шести месяцев. Никаких сведений я из ЕГРЮЛ, которые бы прямо свидетельствовали о том, что данное юридическое лицо находится под прямым или косвенным управлением Магомедова, не предоставлено, кроме мнения оперуполномоченного. Полгода, простите меня, достаточный срок для того, чтобы представить объективные доказательства причастности лица к управлению. Это два.

Третий момент — получается по мнению следователя и уважаемых сотрудников правоохранительных органов, управление юридическим лицом — это преступление? Более того, я обращаю ваше внимание, даже если бы Магомедов подозревался в совершении преступлений, предусмотренных статьями 159 и 160, то в отношении него нельзя было избрать меру пресечения в виде содержания под стражей, поскольку данные преступления охватываются пунктом 1.1 статьи 108 УПК, которые прямо запрещают суду избирать меру пресечения в виде содержания под стражей, если эти преступления совершены в предпринимательской сфере. <...> Обратите внимание, там не написано, что гражданин Магомедов ввел в заблуждение юридическое лицо и похитил эти деньги. Такой фразы нет, потому что такого и не было, и доказательства его преступной деятельности суду не предоставлены.

Единственное основание для того, чтобы следователь обратился в суд, это тяжесть выдвинутого подозрения, которое тоже является незаконным, потому что нельзя организовать преступное сообщество просто так в воздухе. Где у нас указано, что Магомедов подозревается даже в совершении преступлений по статьям 159 и 160? Нет этих подозрений. <...>

Хотя уважаемый господин прокурор посчитал данное ходатайство абсолютно законным. И более того, уведомил суд о том, что Генеральной прокуратурой данное постановление было проверено и признано законным. А где же оно законное-то? Постановление пленума вы, наверное, не читали. Подозрений в отношении Магомедова — нет, обвинений — нет. Единственная задача следствия — показать общественности и суду, что Магомедов преступник. А в чем он преступник-то? В том, что он занимался предпринимательской деятельностью? Что он был меценатом и жертвовал свои деньги? <...> Посмотрите в протоколе допроса, а следователь вообще задавал ему вопрос: желаете ли вы погасить материальный ущерб? Где такой вопрос? То есть мнение следователя, что он скроется, воспрепятствует, будет оказывать давление на свидетелей и что он вот такой вот нехороший — еще и ущерб материальный не гасит. А кто ему предложил это сделать? Человек достаточно богатый, состоятельный. Я не буду в присутствии прессы называть реальное его состояние.

Вы у него спросили бы, хотя бы для начала, может вы эти денежные средства получите, которые вы считаете как ущерб, а потом будем разбираться. То есть получается, обращаясь к суду с ходатайством, следователь при этом говорит, что он (Магомедов.— “Ъ”) не принял меры к возмещению материального ущерба. <...> Но это же абсурд.

Подозревать человека в совершении экономического преступления и при этом направлять его в следственный изолятор. Полагаю что суду: а) не предоставлено ни одного доказательства причастности Магомедова к совершению преступления, как того требует пленум Верховного суда №41. Подозрения изложенные в постановлении о возбуждении уголовного дела не соответствуют постановлению №12 от 2010 года, которое регулирует вопросы расследования уголовных дел по расследованию в отношении организованных преступных сообществ — это два. Суду не предоставлено доказательств <...>, что он (Магомедов.— “Ъ”) может скрыться <...>.

Следующий момент — то, что он может скрыть денежные средства. Простите меня, так он может их, наоборот, готов следователю отдать, а не собирается скрывать. Из рапорта оперуполномоченного этого не следует. Таким образом, ходатайство следователя незаконно, немотивированно. Более того, в нем содержатся противоречивые сведения о том, что Магомедов подозревается в совершении и других преступлений. Хотя он подозревается в совершении одного преступления. Поэтому, ваша честь, защита полагала бы возможность заявить в суде встречное ходатайство об избрании в отношении подозреваемого меры пресечения либо домашнего ареста по месту регистрации <...>, либо в виде залога. О размере залога скажут мои коллеги и мой подзащитный. Спасибо.

(Адвокат Наталья Сидоренко)

— Честно говоря, коллега достаточно полно выступил по всем обстоятельствам незаконности. Что хотела бы добавить принципиально.

Во-первых, конечно, возмущает позиция наших правоохранительных органов,— которая уже вошла, скажем, в норму,— что любую предпринимательскую деятельность, целью которой является извлечение прибыли, наши правоохранительные органы расценивают как создание преступного сообщества. Это абсурд, бред и моим комментариям не подлежит.

И я не буду на этом останавливаться.

О чем хочется дополнительно добавить? Как мой коллега сказал, нет доказательств о том, что подзащитный скроется от правоохранительных органов. Из материалов дела следует, что, действительно, он (Магомедов.— “Ъ”) часто летает за пределы Российской Федерации, но при этом он возвращается. Как сказал следователь, дело находится в производстве около полугода. Его (Магомедова.— “Ъ”) вызывали на допрос, он об этих вызовах знал. Защитник Магомедова ходатайствовал о переносе допросов, потому что <...> он (Магомедов.— “Ъ”) человек очень занятой, и сложно по первому вызову следователя являться на допрос. <...> Если бы были намерения скрываться, то у него(Магомедова.— “Ъ”) такая возможность была, но он этого не сделал, потому что у него таких намерений нет. <...>

Что касается других доказательств причастности моего подзащитного к инкриминируемому преступлению, то, конечно же, таких доказательств нет. Единственное, собственно говоря, на что следует обратить внимание — это протокол допроса господина Смирнова <...>. Обращаю внимание, что допрос был произведен ночью сегодня. При этом данный свидетель до этого неоднократно допрашивался. Естественно, срочной необходимости допрашивать в ночное время суток, конечно же, не было. Естественно это делалось для того, чтобы хоть что-то предоставить суду. Хоть как-то обосновать свою позицию. Опять-таки эти сведения, которые содержатся в этом допросе, не соответствуют действительности и опровергают его предыдущие показания. <...> Поэтому настаиваю, что доказательств, подтверждающих обоснованность подозрений, в материалах дела не представлено. В это смысле <...> ходатайство не подлежит удовлетворению.

При этом опять-таки с учетом данных о личности моего подзащитного, с учетом должности, которую занимает, <...> считаю возможным избрать меру пресечения, не связанную ни с ограничением свободы, ни с лишением свободы, а именно залог.

Согласно постановлению о возбуждении уголовного дела, сумма претензий, по крайней мере, на сегодняшний момент составляет порядка 2,5 млрд руб.. Вот сейчас мы переговорили с подзащитным, в принципе он готов эту сумму предоставить в качестве залога.

Поэтому, если, действительно, целью уголовного дела является защита интересов граждан от преступления, <...> то, конечно же, пожалуйста,— деньги должны быть депонированы. <...>. Поэтому ходатайство в письменном виде прошу присоединить к материалам дела, а в ходатайстве следователей прошу отказать.

(Адвокат Мария Белявская)

— Я очень коротко, только по тем предположениям следователей, которые изложены на постановление. Вы обратили внимание, что все претензии они излагаются в сослагательном наклонении, то есть «он может», «он возможно»,— все носит предположительный характер. При этом игнорируются те факты, которые, безусловно, установлены и свидетельствуют в пользу моего подзащитного. В частности, в постановлении следователя указано, что Магомедов имеет безусловный авторитет в преступном сообществе, и он продолжил заниматься преступной деятельностью, уничтожив документальное свидетельство своей противоправной деятельности.

Ну, во-первых, <...> все документы изъяты, заблокированы компьютеры, отсутствует какая-либо связь. Таким образом, он не сможет не только не уничтожать документальные свидетельства, он просто не сможет продолжать деятельность своих структур.

Далее следователь говорит о том, что есть угроза, поскольку он (Магомедов.— “Ъ”) располагает незарегистрированным оружием и боеприпасами. Но у вас имеются детали обыска — дома, в машине, в офисе — нигде никакого незарегистрированного оружия не изъято. Откуда такие страшные предположения?

Далее. По поводу того, что он может скрыться за пределы Российской Федерации, поскольку там у господина Магомедова якобы имеются условия для длительного беспечного и постоянного проживания — как это изложил следователь в своем документе. Но, извините, самое элементарное препятствие уже учинено — у него изъяты паспорта и он просто элементарно не может пересечь границу. Зачем опять делать такое предположение, на мой взгляд, совершенно абсурдное?

По поводу возможности оказания давления на свидетелей и их близких родственников — это тоже предположение, потому что ни одного факта давления ни на кого не установлено. <...> Говориться о том, что якобы возник ущерб на 2,5 млрд руб., а почему не приводятся здесь данные о том, что хотя бы за прошлый и позапрошлый год Магомедов вводил средства, получаемые из дивидендов от работы всей структуры — 6 млрд руб.

(Зиявудин Магомедов)

— Девять.

(Адвокат Мария Белявская)

— Девять уже? Да, извините, 9 млрд руб., там просто ошибка, в прошлом году еще 3. Мы просим запросить банковские переводы, почему нас обвиняют в том, чего мы не совершали.

Почему бизнесмен, который работает, ничего не хочет уводить из России, наоборот, сюда вкладывает, который за свои средства отремонтировал Большой театр и является его попечителем, и финансирует весь спорт в Дагестане, отстроил школы, оснастил их компьютерами, восстанавливает архитектурные памятники и в Дагестане и в Москве, почему об это речи нет?

Почему сейчас из него пытаются сделать какого-то громилу, который кому-то угрожал и чего-то там у кого-то собирался отобрать, я считаю, что такое однобокое, неправильное отношение свидетельствует об очевидной предвзятости следствия и отсутствии стремления его установить объективную истину по делу.

Поэтому я полагаю, что это ходатайство не подлежит удовлетворению, полностью поддерживаю позицию своих коллег и прошу отказать следователю и избрать ему меру пресечения в отношении моего подзащитного. Мы гарантируем, что если это будет залог, то денежные средства будут в течение ближайших трех дней внесены на депозит суда, если это будет домашний арест, то он не скроется ни от следствия, ни от суда, добросовестно будет приходить и не будет лишен возможности представлять доказательства в свою защиту, потому что сегодняшнее заключение под стражу лишило его этого права, спасибо.

(Судья Мария Сизинцева)

— Пожалуйста, поддерживаете ваших защитников?

(Зиявудин Магомедов)

— Да. На самом деле с предъявленными обвинениям категорически не согласен. Тут, собственно, есть много деталей. В частности, Магомед Магомедов, который является моим братом, он не имеет отношение к группе «Сумма». Он является партнером в Новороссийском порту — это отдельная компания. Клуб Eagles, о котором говорится, бойцы которого защищают флаги России,— это бойцовский клуб, они не имеют отношение к моей охране.

На самом деле, собственно, все предъявленные обвинения, они не выдерживают критики с точки зрения правовой логики. Я в свое время проинвестировал компанию на 6 млрд руб. своих личных денег <...>. Cюжет c Калининградом — я вчера пояснял коллеге Николая Николаевича (следователя.— “Ъ”). Там нет проекта, который делала компания «Глобалэлектросервис», а по заказу Калининградской области соответственно <...>, не наша компания. Эти проекты мы в том количестве, которое необходимо, привезли <...>

— Я вынуждена вас перебить, потому что это не является местом настоящего судебного разбирательства, давайте ближе к ходатайству.

— Я хочу сказать, что сюжеты они не выдерживают никакой критики. <...> Если следствие докажет, что какими-то действиями нанесено какой-то подозрительный ущерб, я готов соответственно потратить эти деньги в качестве залога. Если это необходимо, чтобы ни у кого не было ощущения, что я куда-то улечу и не прилечу. Да, я собирался улететь сегодня, это правда, со своей семьей с последующим вызовом. И вернуться ровно через неделю. Есть железобетонное свидетельство того, что я собирался вернуться. Потому что 10 числа встреча, которую пропустить не мог. <...> Я много летал и летаю, и собираюсь летать, если, конечно, следствие не изберет другую конструкцию, соответственно. Но по-моему, я никаким своим присутствием в Москве или у себя дома никакого вреда не принесу, только пользу. Я хочу закрыть все вопросы <...>, хочу заняться другими проектами, реализую большой проект на юге зерновой, реализую большой проект на Дальнем Востоке зерновой, много других проектов. Ваша честь, на этом все.

— Скажите, пожалуйста, ваша защита представила протокол амбулаторного осмотра от апреля 2016 года, почему фамилия здесь указана не ваша?

— Это мой псевдоним, я иногда следую соображениям конфиденциальности.

— Вы намерено представились другими данными?

— Да, по фамилии Стальский. Я столики в ресторане иногда заказываю на фамилию Стальский.

— А планировали операцию в связи с этим заболеванием?

— У меня небольшая липома.

— Вам рекомендована операция еще в апреле 2016 года. Вы в настоящее время ее не провели в связи с тем, что у вас не было возможности?

— Я не сделал операцию, потому что не было времени.

— В связи с этим вами был заказан рейс на 31 марта?

— Нет, в связи с тем, что моя семья летела на отдых, и я сопровождал их, и сразу после того, как я их привез в Майами, я предполагал сделать эту операцию в Лос-Анджелесе и вернуться в Москву 8 числа.

— Пожалуйста, мнение следователя и прокурора по заявленному со стороны защиты ходатайству по избранию в отношении подозреваемого меры ограничения, не связанного с заключением под стражу, в том числе в виде домашнего ареста и залог.

(Следователь Николай Будило)

— Ваша честь, с учетом заявленного ходатайства, не согласен. Возражаю.

— Пожалуйста, мнение прокурора.

(Прокурор)

— <...> На предложенное ходатайство со стороны защиты — избрание меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей в виде домашнего ареста и залога, прошу отказать.

— Присаживайтесь. Есть дополнения у сторон?

Дополнений у сторон не оказалось. Судья удалилась для вынесения решения. Через примерно 20 минут судья Мария Сизинцева удовлетворила ходатайство следствия и арестовала Зиявудина Магомедова на два месяца, то есть до 30 мая.

Материалы по теме:

Комментировать

Наглядно

актуальные темы

обсуждение