Коротко


Подробно

Фото: Дмитрий Азаров / Коммерсантъ   |  купить фото

С чувством глубокого Востока

России в Азии в 2017 году стало заметно больше

2017 год подарил российской политике в Азии спокойное и поступательное развитие, которого так не хватает на западных границах РФ. Выросла роль Москвы в урегулировании северокорейской ядерной проблемы, Шанхайская организация сотрудничества (ШОС) пополнилась Индией и Пакистаном. Товарооборот с тремя основными партнерами России в регионе (Китаем, Японией и Южной Кореей) стабильно рос. Активно продвигается работа по подписанию соглашений о зоне свободной торговли между Россией и Китаем, а также между Китаем и Евразийским экономическим союзом. Российская сборная не поедет на Олимпиаду в Южную Корею под национальном флагом, зато президент страны Мун Чжэ Ин объявил о намерении навести «девять мостов сотрудничества» с Москвой. Азиатские итоги уходящего года подводит корреспондент “Ъ” Михаил Коростиков.


Больше шансов и проблем


Во время состоявшейся 14 декабря пресс-конференции президент Владимир Путин девять раз упомянул Китай, 13 раз — Северную Корею и ни разу — какую-либо из стран ЕС. Европа фигурировала в его речи либо абстрактно («европейская цивилизация»), либо как место, куда через Россию приедут китайские поезда с товарами. О том, идет ли реальный «разворот в Азию», эксперты и чиновники спорят как минимум четвертый год, но для Владимира Путина он уже, похоже, случился.

Для азиатского вектора российской политики крупнейшим событием года стало принятие 9 июня в ШОС Индии и Пакистана. Большинство опрошенных “Ъ” экспертов и чиновников расценивали этот шаг как недальновидный: они указывали на то, что индийско-китайские противоречия парализуют работу организации. Некоторые, впрочем, указывали на то, что с принятием двух новых членов ШОС из региональной организации наконец-то превращается в глобальную, и поиск консенсуса в ней точно будет не труднее, чем, к примеру, в ООН. Как бы то ни было, 2018 год станет для организации ключевым и даст ответ на вопрос, сможет ли она перестроиться на новый формат работы или постепенно сойдет со сцены.

В глобальном масштабе главной азиатской темой года стала северокорейская ракетно-ядерная программа. КНДР в 2017 году испытала 16 ракет и одну атомную бомбу — больше, чем за предыдущие 15 лет. Это сильно ухудшило отношения между Пхеньяном и его ближайшим партнером — Пекином: поведение КНДР дало США и их союзникам в регионе повод резко нарастить военную группировку, угрожающую не только Северной Корее, но и Китаю. КНР усилила санкционный нажим на Пхеньян, чем окончательно сделала себя «пособником империалистов» в глазах северокорейского руководства.

На этом фоне Россия, давно не принимавшая активного участия в решении северокорейской проблемы, внезапно стала мостом между США и КНДР. В сентябре в Москву по очереди приезжали спецпредставитель Белого дома по КНДР Джозеф Юн и руководитель департамента Америки МИД КНДР Цой Сон Хи. При помощи российских коллег они передавали друг другу послания и различные варианты разрешения кризиса. Переговоры пока успехом не увенчались, но начало возвращения Москвы как игрока в урегулировании этого кризиса — успех российской дипломатии.

Печальное инвестиционное хокку


Между тем 2017 год принес определенные разочарования в российско-японские отношения. Благодаря увеличению цен на природные ресурсы суммарная торговля России в этом году вырастет приблизительно на четверть. При этом по итогам трех кварталов товарооборот России с Китаем вырос в годовом выражении на 33,1%, с Южной Кореей — на 38,6%, а с Японией — лишь на 16,6%. К концу года суммарный товарооборот России с Южной Кореей, скорее всего, впервые за долгое время обгонит по валовому объему товарооборот с Японией ($15 млрд против $13,4 млрд за первые девять месяцев).

По итогам трех кварталов этого года японская внешнеторговая организация JETRO зафиксировала, что инвестиции Японии в Россию составили 0,03% ее зарубежных инвестиций. Вице-премьер и полпред президента на Дальнем Востоке Юрий Трутнев в преддверии Дня японского инвестора 18 декабря заявлял, что доля Японии в зарубежных инвестициях в Дальний Восток — всего 2%. Если до 1 января не произойдет чуда, 2017 год побьет антирекорд в российско-японских экономических отношениях: так мало Токио не инвестировал в РФ с 2005 года.

Комментируя причины такого положения дел, министр экономики Японии Хиросигэ Сэко обратил внимание “Ъ” на то, что многие инвестиции японских компаний идут через третьи страны и не фигурируют в двусторонней статистике, а также указал на «нестабильность правовой системы и сложную процедуру инвестирования» в Россию. Собеседники “Ъ” в Москве в качестве причины торможения сотрудничества указывали «сильно завышенные требования» японской стороны к гарантиям возвратности капитала и определенную медлительность японской бюрократии и менеджмента крупных компаний.

Были, впрочем, и несомненные успехи. Турпоток из России в Японию к концу года вырос на 40% благодаря упрощению визового режима. По итогам Восточного экономического форума две страны подписали Конвенцию об устранении двойного налогообложения, которая должна облегчить взаимную торговлю. В октябре завершилась продажа 10% компании «Р-Фарм» Алексея Репика компании Mitsui, при этом для японского партнера открыт опцион на удвоение своей доли в будущем. Российский фонд прямых инвестиций и японский государственный банк JBIC создали совместный фонд, который займется поиском «привлекательных проектов в области двустороннего сотрудничества». Каждая из сторон пока вложит в него по $0,5 млрд. Японские компании JGC и Chiyoda Corporation участвовали в строительстве проекта «Ямал-СПГ», с которого в декабре началась отгрузка сжиженного природного газа.

11 декабря Японию посетил начальник Генштаба ВС РФ генерал Валерий Герасимов. И хотя никаких существенных последствий этот визит не имел, поездка высокопоставленного военного, еще в апреле 2014 года внесенного в санкционные списки ЕС и США, не осталась без последствий с точки зрения двусторонних отношений. Впрочем, этот эффект был частично нивелирован декабрьским решением кабинета министров Японии, объявившего о размещении в стране установок американской системы противоракетной обороны Aegis Ashore. В посольстве Японии в РФ заверили “Ъ” в том, что «система не направлена против России», но в Москве посчитали иначе. Замминистра иностранных дел РФ Игорь Моргулов заявил «Интерфаксу», что «решение японского правительства окажет негативное влияние на работу по заключению мирного договора».

Нарубили пекинской капусты


Что же касается отношений с Китаем, то они весь 2017 год развивались позитивно и стабильно. В мае Владимир Путин принял участие в прошедшем в Пекине саммите «Пояса и пути», где был одним из открывающих мероприятие лидеров наравне с председателем КНР Си Цзиньпином и генсеком ООН Антониу Гутерришем. После этого лидеры двух стран встречались еще трижды, причем в ходе июньского визита Си Цзиньпина в Москву президент лично вручил ему орден Андрея Первозванного «за выдающиеся заслуги в укреплении дружбы между народами России и Китая».

Ключевые успехи были достигнуты в экономике. Россия и Китай ведут подготовку к заключению сразу двух масштабных торговых соглашений: между Москвой и Пекином и между Китаем и Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС). «Соглашение ЕАЭС—Китай проходит процедуры внутригосударственного согласования,— сообщил “Ъ” источник в правительстве РФ.— Параллельно МИДы России и Китая ведут разработку второго интеграционного соглашения, которое шире, чем первое. Оно напоминает похожие мировые аналоги, но без неприемлемых требований. В частности, в нем нет запрета требования резидентства для высокотехнологичных компаний (оно содержится в соглашении о Транстихоокеанском партнерстве.— “Ъ”)».

Работа по обсчету технических параметров росийско-китайского соглашения должна быть завершена к 4 января, после чего еще год-полтора пройдет до подписания. После этого к нему пригласят присоединиться все заинтересованные страны, начиная с ближайших партнеров России по ЕАЭС и заканчивая странами Юго-Восточной Азии. «Вьетнам уже заявил, что присоединится»,— добавил источник “Ъ”, знакомый с ходом подготовки соглашения.

Успехи были и на более прикладном уровне. Поток безвизовых туристов в РФ в 2017 году вырос до 900 тыс., в отдельных регионах увеличение составило 300%. Россия уверенно вытеснила Саудовскую Аравию с позиции главного поставщика нефти в КНР, нарастив по итогам трех кварталов экспорт на 15,9%. Завершилось строительство второй нитки нефтепровода Сковородино—Мохэ—Дацин, поставки нефти по которому начнутся 1 января. Завершение работ позволит прокачивать по маршруту 30 млн тонн вместо нынешних 16,5 млн. Впрочем, переговоры по строительству газопровода «Сила Сибири—2» пока по-прежнему не принесли результата. Китайская компания Fosun купила за $900 млн 10% «Полюс золота», CEFC — 14,16% «Роснефти» за $9,1 млрд, была закрыта сделка по продаже Beijing Gas 20% ПАО «Верхнечонскнефтегаз» за $1,1 млрд. Завершено строительство уже упоминавшегося проекта «Ямал-СПГ», 29,9% которого владеют китайские партнеры.

Мосты в обмен на Олимпиаду


Отношения с Южной Кореей начали медленно восстанавливаться после избрания в мае нового президента Мун Чжэ Ина. Политик с самого начала был настроен на сближение с Москвой, но усугубившаяся ситуация на Корейском полуострове вынудила его уделить основное внимание решению этой проблемы в опоре на тесное сотрудничество с США. Тем не менее в сентябре в ходе Восточного экономического форума Мун Чжэ Ин объявил о создании Специального экономического комитета по развитию сотрудничества в северном направлении, при помощи которого планируется активизировать инвестиции и торговлю. Он также сообщил, что планирует навести «девять мостов сотрудничества с Россией» (в нефтегазовой сфере, электроэнергетике, сельском хозяйстве и т. п.). Идея явно была смоделирована на примере «восьми пунктов Синдзо Абэ» (премьера Японии). Представители Южной Кореи также начали активно продвигать идею зоны свободной торговли с ЕАЭС, но она пока находится в начальной стадии проработки и особенного энтузиазма у собеседников “Ъ” в Москве не вызывает: по предварительным расчетам, особенного экономического эффекта создание такой зоны не даст.

Россия не будет представлена своей сборной на Олимпиаде в корейском Пхёнчхане в 2018 году. Тем не менее депутат южнокорейского парламента Чху Ми Хэ сообщила, что если российские спортсмены все же приедут, местные жители сделают все, чтобы они чувствовали себя как дома. «Мы очень ждем российских спортсменов в Пхёнчхане,— заявила она.— Многие наши болельщики готовы облачиться в национальные русские костюмы и с флагами в руках болеть за россиян».

Михаил Коростиков


Материалы по теме:

Комментировать

Наглядно

актуальные темы

обсуждение