Журнал ''Власть'' на главную
 ВЛАСТЬ №37 (1092) от 22.09.14  
Фото: Василий Шапошников   
В поисках мудрости
Чиновникам велено подучить философию
Властной вертикали прививают любовь к российским классикам. Чиновникам и единороссам рекомендовано читать любимых философов президента: Ильина, Соловьева и Бердяева. Хотя экзаменов по русской философии не будет, уверяют собеседники "Власти" в Кремле.

Елизавета Сурначева
На новогодние каникулы чиновники и единороссы ушли с домашним заданием: руководство Кремля и партии "Единая Россия" вручило губернаторам и партийцам литературу для проведения зимних вечеров. Как рассказали "Власти" региональные чиновники и партийцы, среди подарков из Москвы – "Философия неравенства" Николая Бердяева, "Оправдание добра" Владимира Соловьева и "Наши задачи" Ивана Ильина. Предполагалось, что зимние каникулы властная вертикаль посвятит изучению часто цитируемых президентом Владимиром Путиным философов и публицистов.

"Про список литературы ничего не слышал, но лично я, действительно, получил в подарок от секретаря Генсовета Сергея Неверова книги Бердяева и Ильина,– говорит врио секретаря ярославского отделения "Единой России" Илья Осипов.– Думать, что это какой-то приказной порядок, это полный абсурд. Если воспринимать как рекомендацию к чтению, то да, мы же, когда дарим книгу, подразумеваем, что получатель будет ее читать". Сам Осипов, по собственному признанию, подарки еще не изучил, но планирует в ближайшее время.

Первый заместитель главы администрации Вячеслав Володин действительно дарил книги главам регионов, практически все губернаторы их получили, подтверждает близкий к администрации президента собеседник "Власти". По его словам, это вовсе не означает какого-то принуждения и формирования "списков для чтения": книга – лучший подарок, и вообще людям полезно было бы читать классиков, не только Ильина и Соловьева, но и Николая Данилевского ("Россия и Европа"), Константина Леонтьева ("Византизм и славянство"). Читать "Письмо пятое, о консерватизме" сборника "Философия неравенства" Бердяева Вячеслав Володин сейчас, действительно, советует почти всем, добавляет еще один собеседник "Власти" (именно эту главу цитировал президент Путин в последнем послании Федеральному собранию). "Ничего странного или страшного в этом нет,– прокомментировал попытки привить гуманитарные интересы губернаторскому корпусу один из региональных руководителей.– Было бы хуже, если бы нам что-то запрещали читать". Володин и Неверов были недоступны для комментариев.

"Два персонажа из этого перечня – это персонажи, популярные в конце 80-х – начале 90-х годов, Соловьев и Бердяев,– рассказал "Власти" преподаватель философии и истории философии в Тихоокеанском госуниверситете Андрей Тесля, изучающий русский консерватизм.– Ильин вошел в моду в нулевые, такой символ путинского правления, укрепления государственничества. Все они соединены по принципу популярности. Особенно Соловьев и Бердяев, которые автоматом вспоминаются, когда речь идет о русской философии в связи с российским государством. Можно сказать, что это некий минимальный набор".

Особые вопросы в "минимальном наборе" вызывает лишь Иван Ильин, известный своими статьями о фашизме как единственном орудии против большевизма. Бердяева президент цитировал лишь в последнем послании 2013 года, а вот Ильин считается любимым философом Путина уже давно: глава государства цитировал его в посланиях 2005-го и 2006-го, на встрече в 2013 году и ранее, цитаты из Ильина встречались и в выступлениях Дмитрия Медведева и даже его супруги. Именно при Владимире Путине в 2004 году в Москве состоялось торжественное перезахоронение праха философа, в 2006 году – возвращение его архива из Мичиганского университета США.

"Если говорить об интеллектуальном уровне, то это совершенно разные фигуры,– объясняет Тесля.– Соловьев, как к нему ни относиться, это одна из самых масштабных фигур в истории русской мысли. Ильин существует в двух ипостасях: с одной стороны, это один из самых мощных историков философии, автор восхитительной работы о Гегеле. С другой – идеолог-публицист, писавший на протяжении второй половины своей жизни тексты, в которых сознательно снижал уровень дискуссии. Сам он объяснял, что пишет это для юнкеров и белых мигрантов, а текст – это некая сознательная примитивизация, чтобы молотком вбивать мысли в голове".

По мнению Тесли, если брать перечисленный набор, прочитавший его должен проникнуться идеями "духовности", усвоить некоторые ключевые слова-маркеры и словосочетания, в которых они встречаются. От Бердяева читающий должен усвоить пафос аристократизма и избранности – хоть это и творческий аристократизм. Ильин должен донести мысль о государственности, сильной власти и подчинении, пропаганду авторитарного государства. Наконец, это попытка возродить консервативную революцию 20-30 годов XX века. И здесь как раз необходим Соловьев: хотя его политические взгляды далеки от Ильина, он отталкивается от ценностей. "Простые идеологические постулаты: текст даже необязательно понимать, здесь срабатывает ссылка на темноту – раз текст глубокий, сложный и непонятный, значит, умный. То есть надо запомнить ключевые понятия, а потом прочитать их в более простом изложении публицистов",– говорит Тесля.

"У наших руководителей должно быть единое понимание нашей истории и идеологии,– считает секретарь свердловского регионального отделения "Единой России" Виктор Шептий, также получивший книги в подарок.– Тем более что возврат к истокам нашей истории и нашей российской государственности и в подготовке нового учебника истории. Мне все это интересно и понятно, и такое внимание к истории со стороны российского руководства очень важно". Подаренные генсеком партии Сергеем Неверовым книги Шептий "пролистал".

Это не первая литературная рекомендация единороссам от Кремля, вспоминает Шептий: на совещании с секретарями региональных отделений осенью 2013 года заместитель главы управления по внутренней политике администрации президента Тимур Прокопенко рекомендовал читать книгу "Эмоциональный интеллект" Дэниеля Гоулмана – как любимую книгу Вячеслава Володина. "Прочитаю, как только найду",– говорит Шептий.

"При Суркове такого не было", вспоминают бывшие сотрудники администрации. Предыдущий идеолог Кремля и первый заместитель главы АП Владислав Сурков хотя и любил роль публичного интеллектуала, поддерживал некоторые гуманитарные проекты и дискуссионные площадки, но подчиненных и регионалов к чтению гуманитарной литературы не склонял. Известен фоторепортаж из кабинета Суркова блогера Ильи Варламова, из которого можно было составить впечатление о литературных предпочтениях Суркова ("Власть" писала о нем в статье "Сурков и корешки", N4 от 31 января 2011 года). Были попытки подобрать списки цитат из известных ораторов как образцов политических выступлений, но массовой рассылки не наблюдалось.

Никаких экзаменов на знание текста по итогам прочтения классиков не предстоит, уверяют собеседники "Власти". Впрочем, весь последний год губернаторы, мэры и партийцы и без того неоднократно "садились за парту": Кремль совместно со Сбербанком устраивал лекции по госуправлению, городскому развитию, проходили и совещания по развитию политсистемы с профессорами политологии. Вероятно, в предстоящем году следует ожидать круглых столов о российском консерватизме.

"Если говорить о списке того, что еще можно было бы посоветовать почитать чиновникам, то это старые добрые классические произведения: "Политика" Аристотеля, Монтескье о разделении властей, "Левиафан" Томаса Гоббса,– полагает Тесля.– Те ключевые тексты, которые создают язык политической мысли и делают возможным осмыслять конкретную ситуацию".

"В конце концов, из чиновника все равно теоретика не воспитается, а так вообще это правильно – читать русскую философию,– комментирует домашнее задание губернаторов профессор Высшей школы экономики Леонид Ионин.– Можно, конечно, найти и больше авторов, но это надо делать специальные сборники, это отдельная работа. Думаю, происходит сейчас такой консервативный поворот. На мой личный взгляд, очень правильный поворот, который Россия давно ждет и требует".