• Москва, 0...-2 снег
    • $ 63,30 USD
    • 67,21 EUR

Коротко


Подробно

Фото: Александр Яловой / Коммерсантъ

"Выводить людей на митинги против вооруженных солдат мы не будем"

Председатель меджлиса Рефат Чубаров о ситуации в Крыму

Меджлис крымско-татарского народа не намерен сотрудничать с новыми крымскими властями во главе с назначенным Верховным советом автономии премьером Сергеем Аксеновым. Об этом "Ъ" рассказал глава меджлиса РЕФАТ ЧУБАРОВ. При этом крымские татары не требуют отдельной помощи со стороны мирового сообщества, считая себя прежде всего гражданами Украины. Господин Чубаров не против референдума в Крыму, но имеет отличный от местных властей взгляд на его организацию, о чем он рассказал в интервью корреспонденту "Ъ" ЮЛИИ РЯБЧУН.


Как реагирует крымско-татарская общественность на появление российских военных?

— Так же, как и подавляющая часть представителей других национальностей — отрицательно. Оказавшись в последние дни в совершенно других условиях жизни, когда никто не может дать гарантию спокойной нормальной жизни, безопасности, люди сейчас стараются максимально сохранять спокойствие, чтобы не дать повода для провокаций. Меджлис принял решение, которым поручил всем председателям местных, региональных меджлисов, татарским общественным организациям установить тесные контакты со своими соседями, активистами гражданского общества, председателями местных советов на предмет обеспечения общественного порядка и безопасности людей. Каждый вечер в крымских селах и поселках собираются люди и контролируют ситуацию в пределах своих мест проживания. Они обходят улицы, охраняют культовые здания.

— Это своеобразные отряды народной самообороны?

— Нет, мы уходим от понятия самообороны. Наши люди не вооружены. Как правило, на въезде установлена бочка, в которой горит огонь, развешены системы звуковой сигнализации. Это в основном молодежь, люди 25, 35, 40 лет. Но назвать их отрядами самообороны нельзя! То, что в Крыму в последнее время творили отряды так называемой самообороны, было частью большого плана другого государства. Сегодня все, кто помогает иностранным войскам, вступившим на территорию Украины, кто помогает блокировать административные здания, территории украинских гарнизонов,— это псевдоотряды самообороны.

— Сколько таких групп?

— Точную численность назвать нельзя, но они есть в каждом населенном пункте. Например, два дня назад в Кировском районе была очень сложная ситуация, связанная с тем, что российские войска блокировали украинские подразделения на военном аэродроме в поселке Кировское, и в этот день во всех населенных пунктах района осуществлялось усиленное дежурство.

После митинга перед зданием Верховного совета Крыма, который состоялся в Симферополе 26 февраля, представители крымских татар больше не проводили массовых акций. Почему?

— 27 февраля ситуация в Крыму стала совершенно другой. Вооруженные люди захватили административные здания, стали ходить по улицам, на подступах к Симферополю появились БТР, начали устанавливать блокпосты на выездах из Крыма, а к гарнизонам подтянулись воинские подразделения РФ. В таких условиях методы, которые использует общественность, чтобы повлиять на ситуацию,— митинги, уличные акции,— исчерпаны. Выводить людей на митинги против вооруженных солдат мы не будем. Печально то, что не было адекватных действий государственных органов, которые обязаны обеспечивать порядок в стране и безопасность граждан.

А какие действия, по-вашему, должна была предпринять украинская власть?

— Я не хочу сейчас сыпать соль на раны. Но все мы были уверены, что границы Украины останутся неприкосновенными и нерушимыми. Ведь беспокоит даже не только то, что границы нашей страны открыто нарушаются. Они уже контролируются военными соседнего государства! Например, переправа Керчь--Тамань. Сегодня уже крымские телеканалы показывают интервью с этими захватчиками, которые говорят, что они создали штаб по приему казаков Краснодарского края, говорят, что приглашают казаков, предоставляют им жилье и отправляют дежурить якобы для обеспечения порядка. Сегодня 300 кубанских казаков принимают участие в этих мероприятиях, находятся на блокпостах на Чонгаре и возле Армянска. Они сегодня решают, кому можно, а кому нельзя въезжать в Крым!

Решением Совета национальной безопасности и обороны в стране была объявлена частичная мобилизация. Вы считаете, этого недостаточно?

— Кризис уже перешел в ту фазу, когда он не разрешится войной. Даже если это и является частью плана РФ. Я говорю о перераспределении влияния в мировом сообществе. Рушится порядок, который определяет сила международных договоров, актов, двусторонних дипсоглашений. Если вдруг оказывается, что так легко не соблюдать подписанные договоренности, нарушить территориальную целостность другого государства и диктовать там свои условия, тогда, если с этим соглашаться, надо соглашаться и с тем, что это начало глобальных изменений. Ни одно сопредельное с РФ государство не может быть спокойно за свои границы. Сейчас просто рушится мировой порядок!

Каким вы видите будущее крымских татар, в случае если Сергей Аксенов, назначенный крымским премьером, останется у власти?

— Сегодня в Крыму есть один легитимный орган — это Верховный совет Крыма. Как бы я ни относился к решениям этого органа, он избран жителями Крыма. Другое дело, что этот орган в последнее время принимает незаконные решения. К примеру, решение о формировании нового правительства. Мы (меджлис.— "Ъ") воспринимаем это решение как незаконное, новое правительство автономии мы не признаем. Возможность нашего дальнейшего взаимодействия с Совмином зависит от того, как будут развиваться события с точки зрения возвращения в правовое поле.

— Как вы относитесь к перспективе проведения в Крыму референдума 30 марта?

— Разумеется, мы не можем поддержать референдум в такой форме, как его предполагается проводить. Сегодня население АРК составляет около 2 млн человек, из них 58% — этнические русские, 24% — этнические украинцы и 14% — этнические крымские татары. Вопросы, связанные с определением статуса Крыма, тем более если они повлекут изменение границ, надо решать другим образом. Референдум не может быть проведен в условиях, когда на улицах Крыма присутствуют войска соседнего государства. По закону у нас даже выборы не могут проводиться, если вводится чрезвычайное положение. А сейчас уже не чрезвычайное, а военное положение! Но даже если предположить, что теоретически такой референдум возможен, наше предложение такое — давайте проведем его в один день, но раздельно по трем этническим сообществам. Русские, украинцы, крымские татары — все будут опрашиваться отдельно. Каждый должен идентифицировать себя с той или иной этнической группой без принуждения. Если ответы во всех трех группах совпадут, тогда это можно считать волеизъявлением всего населения Крыма. Если же только одна этническая группа сочтет, что она в численном большинстве, и ее мнение должно быть доминирующим, то мы с этим не согласимся.

— Оказывают ли вам поддержку другие государства? Недавно МИД Турции заявил о готовности помочь Крыму. Свою позицию выразили также власти Татарстана (см. "Ъ" от 28 февраля).

— Власти Татарстана представляют один из субъектов РФ и не могут осуществлять какую-то отличную от Москвы политику. Мы в какой-то мере, конечно, были удивлены их массовым приездом в Крым. Но по большому счету мы понимаем, насколько они вольны принимать решения. Мы встречались с депутатами Татарстана, представителями общественности, писателями, но при этом сказали им, что развитие наших культурных и научных связей лучше обсуждать в более благоприятной ситуации. А что касается других государств, мы в одинаковой мере просим соседей Украины и России быть активными в двух направлениях: подтверждение в любых формах принципов территориальной целостности и суверенитета Украины и решение всех вопросов путем диалога. С тем, чтобы они повлияли на отвод войск.

— То есть крымским татарам не нужна отдельная помощь?

— Нет, не нужна. Мы связываем себя с русскими и украинцами, которые живут в Крыму. Вы понимаете, что случилось? Когда вошли войска, люди не знали, куда бежать и что делать. Да и власти говорили, что не знают, что будет завтра. В один день мы с удивлением отметили, что к нам в меджлис идут люди других национальностей. И они все спрашивают, что делать. Мы говорим им — сохраняйте спокойствие, охраняйте свои семьи, своих детей, не допускайте провокаций. Мы все сделаем для того, чтобы ситуация поскорее разрешилась.

Обращались ли к вам представители РФ или новой крымской власти с предложением сотрудничать?

— Сейчас нет недостатка в предложениях крымским татарам со стороны Верховного совета АРК и сформированного им правительства. Это касается и участия в управлении, и обещаний той помощи, которая декларируется Москвой. Все то, что украинские власти не решали все 22 года, нам сейчас обещает другая сторона! Нас элементарно хотят привлечь на свою сторону для легитимизации незаконных решений.

— А что именно вам предлагают?

— Например, широкое участие представителей крымских татар в новом правительстве, в переформатировании Верховного совета для того, чтобы обеспечить широкое участие крымских татар в органах, которые им формируются. Предлагается вместе посмотреть и больше контактировать за пределами страны с теми, кто обещает помощь Украине.

— И что просят взамен?

— Фактически согласие, что мы, находясь в составе Украины, живем по правилам другого государства. Это предполагается по умолчанию. Но, знаете, крымские татары 50 лет не только были в изгнании, но и боролись за возвращение на свою родину и они прекрасно отдают себе отчет в том, что происходит. Крым неизменно должен оставаться в составе украинского государства.

— Как, по-вашему, будут дальше развиваться события в Крыму?

— Нужно продолжать вести переговоры и консультации в рамках международных правовых отношений. Это самый главный инструмент и наша главная надежда, но мы также предложили депутатам Верховного совета АРК и Верховной рады Украины сформировать депутатские комиссии и немедленно встречаться и обсуждать каждый вопрос шаг за шагом. Верховной раде надо сказать крымским политикам: вы хотели пересмотра полномочий автономии? Давайте сядем и поговорим, чего именно вы хотите. Каждый пункт надо обсуждать и искать решение, новый формат взаимоотношений. Необходимо максимально включить все переговорные механизмы, чтобы преодолеть этот кризис.

Интервью взяла Юлия Рябчун


Тэги:

Обсудить: (0)

обсуждение